«В этот момент начинаешь рыдать во всю глотку»: миссис Европа из Приморья — о семье, женщинах и русофобии на конкурсе

Громкая новость, порадовавшая приморцев, широко обсуждалась в местных и федеральных СМИ в сентябре этого года. Уроженка Дальнегорска и известная владивостокская визажистка Анастасия Белик одержала победу на конкурсе «Миссис Европа — 2025» и оказалась второй россиянкой подряд, завоевавшей этот титул и прославившей родную страну и край.

Сиявшая на сцене среди десятков представительниц других стран, в жизни Анастасия считает себя в первую очередь мамой и женой и называет своим основным источником вдохновения сына Демида, но и не забывает об амбициях, а потому, вполне возможно, поборется еще и за титул «Миссис Вселенная».

VLADIVOSTOK1.RU пообщался с женщиной, ворвавшейся в модельный бизнес и в кратчайшие сроки продвинувшейся от регионального «Миссис Владивосток» до международного «Миссис Европа». Всё о том, как проходил конкурс, с какими трудностями столкнулась Анастасия и чем она собирается заниматься дальше, — в откровенном интервью.

— Расскажите о себе: чем вы занимаетесь в жизни, как пришли к работе в сфере красоты?

— Меня зовут Анастасия Белик, мне 31 год, и я уроженка города Дальнегорска. Это место, где горы касаются неба, а воздух настолько свежий, что опьяняет головы. Когда мне было 6 лет, мы переехали оттуда в Арсеньев, чтобы было легче, так как там жила моя бабушка, а мой папа — моряк. Там я доучилась до четвертого класса, после чего переехала во Владивосток. За всю свою молодость я поменяла 12 школ, так как приходилось часто переезжать.

Позже мы вернулись в Дальнегорск, и я окончила школу № 1, после чего уехала поступать во Владивосток, но в первый раз у меня что-то пошло не так, и я была вынуждена вернуться в Дальнегорск, где поступила в филиал ДВФУ на специальность «экономика и бухгалтерский учет». Доучилась до второго курса и снова переехала во Владивосток, перевелась в ДВФУ здесь и окончила его в 2013–2014 году.

Я единственный ребенок в семье, но у моего отца есть другая семья и еще одна дочь, и я ее обожаю. Также у нас большая дружная семья, где много двоюродных сестер и братьев. Летом мы жили огромной семьей в деревне Варфоломеевке, собирались за огромным столом по разным поводам, где на всех готовы тазы борщей, окрошки, коровы, курочки и поросята. Братья и сестры топили меня в речке, чтобы я училась плавать, учили меня кататься на велосипеде.

— А кем вы хотели стать в детстве? У вас были уже тогда мысли о том, что вы хотите быть моделью?

— Я с раннего детства хотела большую семью, чтобы у меня была свадьба, большой дом, куча котов, собак, море детей, куча родственников, которые живут желательно через дорогу. Такая была у меня большая фантазия. Ну у меня такое большое доброе сердце.

Может быть, дело в том, что родители очень много работали, мама просто разрывалась, папа постоянно в морях. Может быть, не хватало внимания, и я хотела тем самым заместить это, создав свою огромную семью, буквально уже с 18 лет. Ну, в принципе, почти так и произошло.

Моделью я тоже хотела стать. Постоянно тырила у мамы косметику, лаки для волос, духи, одежду вытаскивала, пока ее дома не было. Устраивала всякие показы, наряды меняла. Помню, были у мамы духи, назывались «Анжелика Варум». Это были 90-е, все жили плохо, папа еще в рейс тогда не ушел, а мама у меня модница-огородница, немного на себя с утра нанесет и пойдет. Я же один раз вылила на себя полфлакона и подумала, что надо бы добавить еще, чтобы пахнуть так всю жизнь. Мама, конечно, меня не наругала, но уже тогда сказала, что чувствует, что мое будущее будет интересным. Такая тяга у меня была ко всему красивому, вкусному, блестящему… Знала бы мама, что будет со мной.

— Несмотря на то, что многие узнали вас благодаря конкурсам красоты, а по образованию вы экономист, многим владивостокцам вы прежде всего известны как визажист.

— Да, но в моем детстве эта профессия вообще не была так развита. Хотя я помню, что лет в 16 говорила, что хотела бы красить людей. Папа сидел и ржал, что я буду по квартирам с чемоданами ходить. Мама говорила: «Доча, не дай бог, лучше бухгалтером, там все бабки и сила».

Я ни дня не проработала по образованию, потому что класса с седьмого и в институте делала макияжи, прически и кайфовала с этого. Из деканата звонили моей маме и говорили: «Анжелика Борисовна, а вам не кажется, что ваша дочь не на том месте? Она такой шедевр на паре сделала!» Мама думала, что я какое-нибудь арифметическое уравнение решила новым способом и за мной будущее математики, а на самом деле я такую косу заплела своей одногруппнице.

В 18 лет я начала работать визажистом как самоучка. Смотрела уроки на YouTube, во «ВКонтакте», рисовала километровые стрелки, как у Нефертити. Ко мне активно приходили подружки, подружки подружек, знакомые, и так я набрала хорошую клиентскую базу. В какой-то момент я прибегала с работы администратором в ресторане, а у меня под дверью обязательно кто-то стоит и просит накрасить, волосы нарастить, что-то подстричь, убрать.

Первое образование в этом направлении я получила в 20 лет. У нас во Владивостоке была очень известная визажист Ольга Лой. Она была моим первым наставником, я отучилась у нее, но базы мне не хватило. В 22 года я поехала в Москву к Гоар Аветисян, на ее самый первый курс. Я взяла кредит, родители добавили мне денег. Потом я возвращалась к ней на курсы, также ходила к Сердару Камбарову.

В общем, произошли колоссальные изменения и большой труд был вложен в мою жизнь. Я всегда хорошо помнила фразу моего деда: «Не потопаешь — не полопаешь». Вот так я всю жизнь с ней и живу, как боец. Так я и осталась здесь, во Владивостоке. Позже познакомилась со своим будущим мужем, родила ребенка. Мы вместе уже 11 лет, женились и разводились, а в июне снова собираемся пожениться.

После этого я ходила на разные повышения квалификации, ходила на мастер-классы, но мне уже хватало моих знаний. В какой-то момент меня перестала заряжать учеба и я стала учить сама, заряжаться от клиентов.

— Вы продолжали совмещать обучение с работой на стороне или услуги в сфере красоты стали для вас основным источником заработка?

— В 23 года я уже родила ребенка, и он, будучи четырехмесячным, был со мной в люльке, я возила его на танцы, съемки, таскала с собой пеленки и бутылочку, так как бабушка с дедушкой далеко. Я болела, горела макияжем и не переставала работать. Я хотела денег, чтобы купить всю косметику в мире. Представляла, как крашу суперзвезд, известных людей. Мне хотелось этой атмосферы праздника, красоты, веселья, и макияж придавал уверенности как ничто другое. Для женщины это очень важно.

Так как это в основном происходит во Владивостоке, я работала на фрилансе. На выездных фотосессиях, в гримерке, а постоянные клиенты ходили ко мне домой. Позже я перешла в институт красоты Platinum и там работала последние 6 лет. Именно он перевернул мою жизнь с ног на голову и обратно, и так несколько раз. Я изменилась в плане внешности, жизни, заработка. Я дорабатываю там до Нового года. У меня нет времени из-за множества предложений. Сейчас я зарабатываю деньги с рекламы и преподавания.

— Не было ли у вас желания уехать на запад России? Многие люди покидают Дальний Восток в поиске перспектив и развития.

— Конечно, были такие планы, хотя Москва поначалу меня пугала. Казалось, что бегают люди с каменными лицами, злые, бездушные. Потом я поняла: не потопаешь — не полопаешь. Они просто с утра до ночи пашут, и это нормально. Я люблю работать, труд любого человека облагораживает.

Мы переезжаем в Москву в июне, после свадьбы. Здесь что-то продадим, что-то сдадим в аренду, сейчас занимаемся покупкой недвижимости в столице. Мне там уже предложили классную работу, стать амбассадором на конкурсе красоты, потому что у меня достаточно сложный и интересный жизненный путь и история, и люди вдохновлены моей историей, а потому хотят, чтобы я начала вдохновлять других женщин.

— А когда вы переехали во Владивосток, не было ощущения, как в Москве, что здесь люди более суетливы и другой ритм жизни?

 — Когда я в первый раз переехала сюда, мне было 6 лет, мне было нормально. Я жила почти во всех районах Владивостока, потому что мама очень не хотела, чтобы я ездила на автобусе, и выбирала места поближе к школе. Возможно, из-за постоянной смены коллектива я и стала такой общительной, коммуникабельной. После возвращения в Дальнегорск и повторного переезда сюда всё тоже было нормально, я была как рыба в воде.

«На конкурс идут не за победой, а чтобы побороть страхи»

— Расскажите, как вы пришли в модельный бизнес и попали на конкурс «Миссис Европа — 2025?»

— Первый конкурс, в котором я поучаствовала, — «Миссис Владивосток — 2025» (Mrs. World Russia Vladivostok). Меня три года пытались туда отправить знакомые и уверяли в том, что сцена — это мое, и в прошлом году я согласилась. Тогда мы развелись с моим теперь уже будущим мужем, у меня было легкое потрясение, и я решила сходить на конкурс красоты, просто посмотреть.

Тогда я вышла на сцену в первый раз, было человек 200, и оказалось вообще не страшно, куча энергии, я этим загорелась. В итоге не смогла остановиться и за полгода получила три короны. После «Миссис Владивосток — 2025» я прошла на всероссийский конкурс «Миссис Россия — 2025», стала «Первая вице-миссис Россия-Европа», войдя в топ-25 и получив одну из главных корон. Это не самое первое место, но моя корона не менее важна.

После этого я и отправилась на конкурс «Миссис Европа — 2025». Это обязательная цепочка: чтобы попасть туда, нужно сначала пройти региональный конкурс, потом федеральный и получить один из европейских титулов, и только после этого можно отправиться на международный конкурс.

Другие победительницы федерального конкурса отправиться на международный не смогли. Кто-то по семейным обстоятельствам, кто-то не получил шенген. А мне повезло, мы уже отдыхали в Европе и у меня был большой шенген, когда я узнала, что приглашена на конкурс. Я решила, что хочу идти дальше, зачем останавливаться?

— Требуют ли эти конкурсы, помимо наличия ребенка или замужества, четких параметров от участниц? Определенный рост, вес?

— В конкурсе «Миссис» нет параметров. Там может быть девушка любой комплекции, формы, возраста. Это конкурс о материнстве и красоте. На федеральном конкурсе тоже нет параметров, нужно просто иметь хороший титул на региональном конкурсе. Быть первой или первой вице-мисс. Туда поехало множество девчонок с Дальнего Востока: из Хабаровска, с Камчатки.

— Как проходил конкурс «Миссис Владивосток»?

— Он длился два месяца. Были дефиле, различные мероприятия и встречи с диетологами, психологами. Фотосессии, показы, разговоры, с нами общались. Это клево. С нами была девчонка, у которой четверо детей, и она пришла, не рассчитывая ни на что, а в итоге зарядилась такой энергией, что захотела прийти еще в следующем году.

Это целая женская коммуна. Внутри не было прямой конкуренции, но косвенная, за неделю до награждения, конечно, чувствовалась. Я не рекомендую идти на конкурс женщинам, которые идут за победой. Ты идешь туда бороться со страхами и прокачать какие-то навыки. Не иди туда, если ты плохо принимаешь критику.

— А сталкивались ли вы с критикой, из-за которой хотелось всё бросить?

— Я всю жизнь работаю с критикой. Раньше я относилась к этому плохо, но потом поняла: когда у тебя торчит, ты цепляешься за что-то. Сейчас у меня ничего не торчит, и я сама никогда никого не критиковала. Я, наоборот, всегда пытаюсь помочь.

Михаил Ливнев ноги переломал мне все, но научил так красиво ходить. Раньше я шла и рука тряслась как парализованная, а сейчас я так иду и думаю: «Господи, это я, что ли, так умею?»

Это в первую очередь командная работа. Ты работаешь с постановщиками, визажистами, у тебя постоянно дефиле, ты от кого-то зависишь. Под конец конкурса у одной из девчонок случилось что-то с самооценкой, она не хотела участвовать, и мы ночью поехали к ней домой, вытащили. Мы понимали, что если она не придет, мы запутаемся даже в постановке, настолько друг к другу прикипели. Говорили, что ее не бросим.

Конкурсы красоты — это в принципе не о красоте. Это о внутреннем балансе, когда ты не просто красив внешне, а индивидуален и у тебя красота в душе. Наверно, это призвание.

— Как проходил второй конкурс «Миссис Россия-Владивосток»?

— Он проходил в Москве, в здании «Планета КВН», а жили мы в гостиничном комплексе. Там было 150 финалисток из всех регионов страны, конкурс даже вошел в книгу рекордов Гиннесса по количеству участниц. Это заряд колоссальной энергии, но в то же время представьте, что такое женская энергия. Одной хорошо, другой плохо, третьей кредит с ипотекой нечем оплатить, четвертую муж на Сейшелы зовет. Одна смеется, другая плачет, третья молчит.

Невольно начинаешь оценивать себя. Думаешь, что ты косой, кривой, зубы некрасивые, волос недостаточно на голове. Пройти эту ситуацию, когда ты пытаешься себя настроить на нужный лад, очень сложно.

Из чего состоял конкурс: мы неделю жили, готовились к дефиле и на танец. На какой — решали организаторы, это был либо спортивный, либо традиционный танец в национальном костюме. Меня взяли на традиционный танец на открытии мероприятия.

Нас учили пользоваться косметикой, проводили мастер-классы, психологи с нами общались, фитнес-тренер. Плюс там много организаторов конкурса, они тоже за тобой наблюдают: как ты ведешь себя в компании, как общаешься, как идешь на завтрак. Я была подготовлена и в 5 утра на завтрак шла с кудрями накрученными, в платье вечернем, с серьгами. Потом бегом в номер, переодеваться в спортивный костюм.

По итогам всех этапов, поведения, общения и общей работы и выбирались победительницы конкурса.

— Что вы чувствовали, когда узнали, что приглашены на «Миссис Европа» и будете в одиночку представлять Россию? Как считаете, почему позвали именно вас?

— Конечно, я была рада. Я считаю, что такие конкурсы создаются для сплочения стран и наций и новых знакомств. Я ставила задачу максимально разобраться, познакомиться с новыми женщинами, узнать про их культуру и поведение, воспитание детей. Также было интересно познакомиться с участницами, работающими с собственным бизнесом. Я сдружилась с девушками из Португалии, Нидерландов и Испании, и у нас за несколько дней собралась маленькая коммуна.

— Какие этапы включает в себя «Миссис Европа»?

— Там всё немного по-другому, туда приезжают прокачанные тетки, девушки из всех стран мира, они уже умеют дефилировать. Нам нужно было выйти в вечерних платьях, рассказать о себе и о том, что вдохновляет нас для участия в конкурсе, а также подготовить речь про социальные сети. Я говорила про пользу социальных сетей, а не про минусы, показывала, как они помогают женщинам развиваться в современном мире, мы с командой сняли специальный ролик об этом.

Я единственная настолько масштабно подготовилась, еще и привезла всем членам жюри подарки: кедровую шишку, кедровый орех, мед и варенье из кедровых шишек и орехов. Они были завернуты в бумагу цвета леопарда, а сама я выходила в красном костюме и рассказала, как социальные сети помогли мне прокачать навыки, узнать что-то новое.

Это всё не делится на какие-то этапы, оценивается комплексная работа. В первый день на открытии мы приехали в ресторан, познакомились с руководителем и друг с другом. Во второй день пошли в другой ресторан, где за нами наблюдали члены жюри и посторонние люди, сотрудники ресторана.

Там конкурсантки вели себя как хотели, много курили. Европейцы вообще любят курить, а некоторые могли накидаться за вечер. Я на конкурсах алкоголь вообще не употребляю, максимум бокал вина за вечер.

Мы и европейки в этом плане вообще разные. Я с утра выхожу, смотрю, они только встали с патчами для сна на глазах. А я стою вся в перьях, под песню Уитни Хьюстон поворачиваюсь. У нас есть эта русская выправка, залететь на скаку, быть во всём первой, всё сделать, а другие участницы удивлялись, мы же ложились спать в одно время.

— Был момент, когда вы оценили шансы других участниц и подумали, что победа точно ваша? Или, наоборот, кто-то показал себя так круто, что вы подумали, что шансов у вас нет?

— Это происходит на всех конкурсах. Региональные, федеральные, международные. Женский мозг так устроен, что ты себя сравниваешь, но потом ты берешь себя в руки и обо всём забываешь. Одна здесь хороша, другая здесь, а ты вареники с пельменями лепишь офигенно.

К тому же всего одна разовая мелкая ситуация может серьезно повлиять на женщину. Ей позвонят из дома, скажут, что дети заболели, а муж загулял, и она потухнет, погаснет. Будет сидеть с телефоном, не знать, куда ей деться. Я стараюсь во время конкурса вообще не коммуницировать, чтобы такого не было. У меня, пока я была в столице Болгарии Софии, заболел ребенок, у него были проблемы с учебой, а у мужа бизнес развалился. Мне никто об этом не сказал. Мне билет назад купили в последний момент и на обратном пути аннулировали шенген, но я об этом узнала только потом. Я хочу быть настроена на конкурс.

«Со мной хотели сфотографироваться, но не могли из-за политики»

— Хотелось бы поговорить о других участницах конкурса и их отношении к вам. Какие девушки запомнились вам больше всех?

— Да, эстонка Ангелина. Это просто моя любовь, мне кажется, что она — это я, если бы я родилась в Эстонии. Это прям я, только с нынешними мозгами и в ее возрасте. Она тоже любила всем помогать, прически сделать.

Я всегда себя как мама вела. Если кто-то заболел, поднимала всех, порхала над ними, таблетки давала, скотч и пластыри, и Ангелина такая же. Мы до сих пор общаемся в Сети.

— Участницам говорят заранее, кто победил, прося сделать удивленное лицо? Или это действительно становится сюрпризом для всех?

— Конечно, не говорят. Мы всё узнаем в моменте. У меня уже были заготовки, конечно, как прикрыть свои эмоции, потому что я понимала, что будут делать фотографии и нельзя заплакать, и я сдержалась. Дома я плакала, потому что сын подходил, а тут не было никого, и я не проронила ни слезинки, а вот во Владивостоке при встрече села в машину и начала рыдать во всю глотку, выпускать все эти эмоции.

Изначально я рассчитывала, что стану только первой, второй или третьей вице-миссис Европа. Когда я стояла на сцене и всем по очереди выдавали короны, я стояла и думала: «Вот так вот вы со мной, под конец русскую обижать стали», думая, что мне корона не достанется. В итоге называли главную номинацию, я поворачиваюсь, вышел человек и назвал мою фамилию.

Хотя, конечно, мы еще с вечера разделили места. Нидерландам я дала первое место, потому что она фантастическая, у нее энергия как у меня, она доброжелательная, солнечная и веселая, а прически ей делает муж, у них всё отточено. Второе место я давала девушке из Украины, первую вице-мисс я давала эстонке, третью Португалии, а четвертое — мне. Я рассуждала не просто так, а исходя из того, кто как подготовлен и ведет себя, какой у них багаж и регалии, результаты других конкурсов.

— Что вы получили за победу в конкурсе?

— Только корону и ленту.

— Многие СМИ писали, что вы сталкивались с негативом из-за нынешней политической обстановки. От участниц конкурса чувствовался негатив из-за национальности?

— Ко мне невозможно относиться негативно. Я добрая, я позитивная. Вот человек стоит передо мной, а я раз — и вторую щеку подставила. Всё, что люди на нас выпускают, это их внутреннее и нас не касается. Конечно, были недовольства и такое, о чем я до сих пор боюсь говорить, но в целом Болгария и организаторы конкурса встретили меня очень радушно.

— У вас не было ощущения изоляции из-за того, что вы русская в чужой стране?

— Конечно, было. У меня были моменты, когда мне нельзя было по телефону говорить в номере, потому что гостиница была с тонкими стенами и многие болгары понимают на русском языке. Хочу подчеркнуть, что болгары, которым за 50, относятся к русским нормально. Те, кто моложе, понимают русский язык, но нередко специально на нем не говорят. Меня спасло знание английского языка.

Под вечер голова из-за этого уже не работает, постоянно переключаешься между языками.

— Были участницы, отношения с которыми не заладились, но вы смогли их переубедить?

— Да, конечно, как раз девушка из Украины. Потрясающая женщина, мама пяти детей, беженка. Когда она рассказывала, как уезжала, я рыдала. Мы с ней соприкоснулись и наладили максимальное понимание, я прочувствовала ее боль.

Меня прослушивали постоянно, ее тоже прослушивали. Каждый человек пытался дернуть за какое-то слово, особенно связанное с Украиной. Хочу сказать лишь, что она очень хорошая мама, потрясающая девушка и у меня не было к ней предвзятого отношения.

— Когда победительницей объявили вас, все участницы разделили вашу радость? Или кто-то отнесся с нескрываемой завистью, сдержанно поздравил?

— Те, с кем мы подружились, Эстония, Нидерланды и Португалия, порадовались за меня. Девушка из Украины подмигнула. Остальные участницы отнеслись не очень и почти никто не подошел обнять и поцеловать, кто-то был в недоумении.

— По вашему мнению, это из-за соревновательного духа или из-за политической обстановки?

— Политика. Девчонка из Армении подошла ко мне и сказала, что я потрясающая и от меня невозможно оторвать глаз, что она хочет со мной сфотографироваться, но она просто не может.

— Разные СМИ писали, что вам запретили выходить на конкурс с российским флагом. Это так?

— Да, по политическим причинам, но организаторы тоже отнеслись ко мне очень хорошо и даже с гиперопекой. Когда стало известно, что мне нельзя выходить с флагом России, они из-за меня попросили всех участниц выходить без флага. Тогда я схитрила и надела ленту «Дальний Восток». Меня спрашивали: «Где это, Дальний Восток?»

Меня очень круто поддержали. Организаторы конкурса сделали акцент на том, что такие мероприятия должны быть без политики.

— А когда вам сказали, что флаг выносить нельзя? Одни СМИ пишут, что уведомили заранее, а некоторые утверждают, что это стало для вас неприятным сюрпризом в преддверии награждения.

— Меня предупредили за пару дней до вылета, я пыталась спорить, и вообще я патриот своей страны, предлагала как-то выкрутиться, но всем было пофиг. Тогда я и решила схитрить и купить флаг Приморского края. Тем более что когда всех попросили не доставать флаги для фото, все это проигнорировали, и тогда я тоже достала флаг и ленточку с надписью Far East. У меня еще и леопардовое платье было.

— В нескольких материалах говорилось, что некоторые участницы иногда пренебрежительно называли вас Russo. Это правда?

— Да. Это было уже на 3–4-й день, под конец конкурса. Было неприятно, потому что Russo — это не то же самое, что Russian, и они говорили это вычурно. Я не подавала виду, хотя хотела плакать, но понимала, что надо держаться.

Я спала по 2–3 часа в сутки, после смены часовых поясов, но везде выходила с гордо поднятой головой. Сама себя настраивала, слёзы назад закатывались, и я выходила ярко.

«Отговаривала себя от поездки»

— Ваши близкие собирались лететь с вами на «Мисс Европа», как и на предыдущие конкурсы? Как они вообще отнеслись к тому, что вас пригласили на мероприятие такого масштаба? Кто поддерживал, а кто отговаривал?

— Я сама себя отговаривала. Ни у кого не было шенгена, мне было страшно ехать одной, и меня поддержал мой будущий муж. Он сказал, что я уже взяла две главные короны и должна побороться за третью. Я ему говорила: «Зая, ну нам квартиру сейчас покупать, деньги нужны, а конкурс — это платье, подготовка». Он сказал, что деньги найдем, а сын уже в аэропорту сказал, что ждет меня в короне.

У меня еще и произошла проблема при перелете. Я летела из Владивостока в Москву, из Москвы в Стамбул и оттуда должна была лететь в Болгарию. За 15 минут до вылета самолета в Стамбул всё вроде было нормально, я сижу расслабленная, в пижаме и тапочках, слушаю музыку в наушниках. Хотела зайти последней, поднимаю глаза и понимаю, что выходы сменили, оттуда, где была я, самолет летел в Анталью. Мне надо было бежать в другой терминал, и я побежала. Успела за 4 минуты до закрытия гейта, а мне сказали, что мой багаж снимают с рейса.

Я сотруднице пыталась объяснить, что еду представлять Россию на международном конкурсе и меня нельзя снять, это практически дипломатическая миссия, но меня отправили к таможенникам. Я зашла, за мной закрылась магнитная дверь, и там не было ни одного человека. Я два часа ждала, сотрудники не приходили, я позвонила молодому человеку, и у меня началась паника. Половина чемоданов улетела в Стамбул, половина осталась здесь, а деньги не вернуть, у меня транзит.

В итоге пришлось покупать второй билет. К счастью, я предполагала, что один из четырех чемоданов куда-то денется, поэтому в ручной клади у меня была косметичка, вечернее платье, туфли.

— Нередко участниц таких конкурсов критикуют за пластические операции. Как вы относитесь к этому и есть ли у вас какие-то операции?

— Очень просто. Опять же, цепляет только тот, у кого торчит. Те, кто меня знают, знают, что я ничего с собой не делала.

Главный хирург — это когда у тебя гармония с собственным телом и лицом. Многие пишут, что у меня зубы вставные, хотя у меня зубы даже неровные и свои. В последний месяц про меня часто пишут небылицы всякие, и я сначала думала: «Ух, паразиты!», но потом решила, что пусть пишут. А вот жених спать не мог и прям читал, то про богатого любовника, то про кучи операций и килограмм штукатурки.

Говоря про других участниц: если операции делает девушка, которой 20 лет, то это плохо, она еще молодая и красивая. Когда девчонка за 50 — обалденно отношусь. Где-то что-то там подтянула, веки подрезала, нос сделала — в общем, с шармом создала лучшую версию себя. Главное — без перебора.

— В каких еще конкурсах вы планируете участвовать?

— Я хочу поехать на «Миссис Вселенная — 2027», но я не поеду туда за победой. Я хочу посмотреть на масштабы конкурса, представить нашу страну в лучшем свете, но для поездки туда обязательно нужны наличие брака и минимум два ребенка.

Там такое шоу масштабное, там столько перьев и страз. Беременная женщина в прошлом году сидела на шпагате, другая шла с младенцем на руках, третья спускалась с потолка вся в стразах. Там недостаточно просто иметь талант визажиста или быть хорошим человеком. Хотя, может, через год вы включите телевизор, а я буду петь на федеральном канале.

«Главное — оставаться собой»

— Хотелось бы еще поговорить о вашей деятельности помимо конкурсов красоты. В Сети пишут, что вы также занимаетесь благотворительностью. Можете рассказать об этом?

— Вообще я считаю, что о благотворительности не нужно рассказывать. Это нужно делать от чистого сердца и с душой. Могу сказать, что сейчас я хочу заниматься благотворительностью в новом направлении. Я бы хотела помогать женщинам, оказавшимся в жизненной трудной ситуации, будь то потеря близкого, абьюз, насилие или, например, постродовая депрессия. Я проходила через все эти пункты и знаю, что такое домашнее насилие, что такое потеря близких, что такое абьюз. Я знаю, что такое, когда ты смотришь в зеркало, а тебя посещают мысли о том, что ты не хочешь дальше просыпаться, открывать глаза по утрам.

Человек, который тонет, а затем выплывает, он как птица Феникс: горит, а потом рождается из пепла заново. Это про меня. Я бы хотела на своем примере вдохновлять женщин, и это будет моим первым собственным благотворительным проектом, на котором я буду принимать женщин с разными запросами. У меня в команде есть психолог-нутрициолог, фитнес-тренер, стилист, визажист, режиссер-постановщик. У нас есть, в конце концов, конкурс красоты, который так вдохновит на новое, что ты не сможешь остановиться.

В женщине что самое главное? Энергия. Она от природы существует только в женщинах, а в мужчинах нет. Мужчины питаются ей от нас. Это нормально.

— Ваш благотворительный проект будет работать в формате какого-то шоу или как закрытая организация?

— Это будет закрытое общество в Telegram-канале, и в целом планируется создание сообщества для женщин, где каждая сможет найти поддержку и веру в себя. Я сейчас тружусь над этим. Мы собираемся снимать рекламу, и, скорее всего, ее участницей будет женщина, у которой просто нет сил. Она недавно родила, ее муж погиб на СВО, и она ничего не хочет, но хочет продолжать жить. На ее примере мы покажем, как происходит трансформация при поддержке куратора, который не просто дает тебе таблетку, а дает направление.

В Москве для этого больше возможностей, хотя я бы очень хотела сделать что-то для Владивостока, для Приморья, для Дальнегорска своего. Всегда нужно ценить свои корни, и я настолько люблю Владивосток, море, нашу природу, что вообще не представляю, как можно проснуться и выйти из дома, но не ощутить нашего холодного ветра или не увидеть море хотя бы раз в сутки. Так что не знаю, надолго ли я в Москву перееду.

Поедем, попробуем и, возможно, вернемся. Я творческий человек и могу просто утром встать и решить поехать назад. Особенно в последние восемь месяцев я слышу свой собственный голос, чувствую людей. Ребенка вырывать в середине учебного года, конечно, никто не будет, он окончит второй класс, мы поедем летом, попробуем, сохраняя место в школе, и позже он сам решит, где ему остаться. Возможно, и институт там окончит.

Также я еду в Москву отчасти из-за конкурса «Миссис Вселенная». В этом году с Дальнего Востока было 14 представительниц, но региональный руководитель не смогла уделить участницам должного внимания, и из-за этого в топ-25 вышла только я. Почему? Потому что у меня своя энергия, свой стержень, я люблю болтать и общаться со всеми и еду на это как в последний раз.

— Вы говорили, что у вас будут рекламные контракты. А вы уже работали с какими-то российскими брендами?

— Конечно. Я амбассадор местного модного пространства «ДНК», где собраны не только вещи одной фирмы, но и большинство коллекций отечественных дизайнеров. Я их лицо. Также я амбассадор одной известной клиники в городе. Очень много предложений, у меня сейчас не хватает времени. Кто-то платит, кто-то работает по бартеру, хотя во Владивостоке идет в основном бартер, а в Москве — всё за деньги.

Недавно я была на Первом канале, в программе «Пусть говорят», и там, помимо перелета и проживания, даже оплачивают эфирное время. Я там посмеялась, сказала: «А можно я буду у вас побольше работать?» Потом прилетаю домой, а мне звонок: «Алло, Анастасия, приглашаем на программу „Поле чудес“». Это же мечта детства: рассказать Якубовичу стих в его круглый микрофон! Но жених сказал пока повременить. В общем, много предложений, но рассказать обо всём не могу.

— А если вас позовут куда-то работать ведущей?

— Да, есть такие идеи! Кто-то в Останкино уже говорил, что у меня подвешен язык. Было бы круто попробовать себя в чем-то новом, но макияж всё равно не брошу. Он навсегда останется со мной.

— Победительниц и участниц конкурсов такого масштаба обычного представляют как настоящих королев. Хотелось бы узнать, как проходит ваш типичный день?

— На самом деле я обычный человек. Когда я совсем одна и молодого человека нет из-за работы, я встаю в 06:30, делаю все процедуры и уходы, обязательно выпиваю натощак стакан теплой воды, готовлю завтрак. Везу ребенка в школу, кушаем мы всегда в машине, с владивостокскими-то пробками. Высаживаю ребенка и еду на работу, после учебы забираю сына и везу к себе на работу, где остаюсь еще до 6–8 вечера. Вечером отвожу ребенка на вольную борьбу, а сама за свободные полтора часа пытаюсь решить еще какие-то вопросы по рекламе или еду на встречи, и после тренировок делаем уроки.

Когда молодой человек здесь, у меня есть помощь, всё продуктивнее. Я встречаюсь с интересными людьми, мы общаемся, я занимаюсь домашними делами. Иногда у меня сдают нервы и я могу под турецкий сериал налепить 200 вареников, я так успокаиваюсь. Сажусь и просто леплю или что-то другое вкусное готовлю. Но чего-то скучного рассказать не могу, у меня всё равно всегда происходит что-то новое и разное. В один день я могу лежать и в ванной отмокать, а в другой гулять по центру Владивостока в короне.

Я с детства такая, мне надо рвать и метать, я стараюсь всё уметь, а если что-то не умею, то подхожу и прошу научить. А если меня посылают, то говорю, что зайду попозже.

— А насколько тяжело вам держать форму, следить за собой, заниматься спортом, особенно в преддверии конкурсов?

— Это уже образ жизни. Я сбросила 36 килограммов, проделала сложный путь, худела в течение двух лет. Сейчас я занимаюсь профессиональными тренировками в студии балета и растяжки, занимаюсь барре-фитнесом и просто делаю всякие физические упражнения: стою в планке каждый вечер, приседаю, делаю выпады на одной ноге.

— Вы много говорили о любви к родному Приморскому краю, а потому к концу интервью хочется задать необычный вопрос. Если бы во Владивосток впервые приехал ваш знакомый, а у вас был бы всего один день, чтобы что-то ему показать, что бы это было?

— Я бы провезла его через весь город, по всем мостам и отвезла бы на Русский остров. Там мы пересели бы на катер и вышли в море, чтобы поесть морепродукты. Затем мы бы поехали в заповедные места, чтобы он увидел не просто красоту моря, а красоту слияния гор и морей. Прозрачное дно, где видно ракушки. Я бы показала, что такое дух и сила природы.

Если называть конкретные достопримечательности, то в первую очередь это Спортивная набережная. Это мое место силы, я люблю просто посидеть и посмотреть на море. Также пляж «Чайка», летом я катаюсь там на скутере и на сапах. Третье место — гостиничный комплекс «Кедровый дом» возле аэропорта. Я очень люблю его территорию и гулять там. У меня это место ассоциируется с перелетами, путешествиями, новыми границами.

— Какие свои достижения вы считаете главными в жизни на данный момент?

— Мой сын. Не просто мой сын, а моя семья. Вся работа, которую мы проделали, как вырастали крылья и как мы учились все вместе плавать, летать. Это мой самый большой проект. Конечно, я не отрицаю, что будут еще дети, но Демид — удивительный парень. Он был со мной на всех конкурсах, кроме «Мисс Европа», стоял за кулисами и после каждого конкурса подходил с глазами, в которых читается: «Моя мама самая лучшая, самая красивая». В этот момент начинаешь рыдать во всю глотку, ради этого взгляда я пойду еще на тысячи конкурсов. Королевой нужно быть не для социума, королевой нужно быть в собственном доме.

— Хотели бы вы что-то кому-то пожелать в заключение?

— Я бы хотела обратиться к женской половине и пожелать ей не бояться перемен. Ветер, как всем известно, часто меняет направление, и в любой жизненной ситуации важно оставаться собой. Это самое важное.

А приморцам и всем дальневосточникам я хочу пожелать мира и добра. Если мы начнем с себя и станем добрее, будем стараться делать мир вокруг себя лучше, то всё станет хорошо.