Сможет ли Владивосток заменить Сочи? Эксперты назвали главные проблемы туризма на Дальнем Востоке

Еще несколько лет назад сама мысль о том, что Дальний Восток сможет всерьез конкурировать за внимание российских туристов, казалась почти фантастикой. Пока миллионы россиян каждое лето привычно летели в Краснодарский край, Крым или Абхазию, Владивосток, Камчатка и Сахалин оставались направлениями скорее для энтузиастов, готовых ради впечатлений преодолеть девятичасовой перелет и потратить в несколько раз больше денег.

Однако последние два сезона ситуация заметно изменилась. Логистические сложности на юге страны, вопросы безопасности, рост интереса к внутреннему туризму и стремление открыть для себя новые регионы заставили многих впервые посмотреть в сторону востока России. На первый взгляд кажется, что именно сейчас у ДФО появился тот самый исторический шанс, которого регион ждал десятилетиями.

Но действительно ли туристические потоки начали массово разворачиваться через всю страну? В этом есть своя логика: море и острова, заповедники, вулканы, тайга, свежайшие морепродукты и бескрайние просторы дикой природы способны очаровать даже искушенного странника. Или всё же разговоры о новом центре российского туризма пока сильно преувеличены?

Эти вопросы VLADIVOSTOK1.RU задал представителям туриндустрии, органов власти и федеральных экспертов.

В Министерстве туризма Приморского края сразу предостерегли от слишком громких выводов по поводу того, что после нескольких непростых сезонов на Черноморском побережье внимание путешественников якобы всё настойчивее обращается к Дальнему Востоку.

Специалисты пояснили, что регион никогда не ставил перед собой задачу переманить отдыхающих, которые традиционно выбирали Сочи. По их словам, Приморье продвигают как самостоятельное направление с уникальной природой, гастрономией, островами, морскими прогулками, национальными парками и активным отдыхом, а не как замену курортам Краснодарского края.

Эксперты обозначили, что массовый западный гость в первую очередь обращает внимание на доступность развлечений в шаговой доступности и варианты для короткого отпуска. В этой связи дальневосточные направления совсем не выглядят привлекательными для тех, у кого есть всего пять дней на отдых, — одна только дорога с учетом часовых поясов занимает до трех дней. Однако у нас все же есть свой «стабильный турист».

«На отдых в край приезжали и приезжают гости из разных уголков страны, и среди них достаточно тех, кто самостоятельно бронирует отели и базы отдыха, заказывает билеты. Из регионов ДФО к нам едут преимущественно на личных авто. Их тур выглядит как пара-тройка дней знакомства с Владивостоком и неделя на море. К компаниям в основном обращаются для организации экскурсий по краю, на острова», — перечислили в министерстве.

По словам приморских чиновников, благодаря событийным мероприятиям, росту числа средств размещения, появлению новых услуг на базах отдыха удалось «раздвинуть» границы сезонности. Например, появление туристов с запада на фестивале рододендрона или любом другом локальном празднике уже не является «роскошным максимумом».

Однако говорить о целенаправленной переориентации туристов с юга России власти не готовы. В министерстве прямо признали: массового перетока отдыхающих сегодня не происходит. Причины вполне очевидны — длительный перелет, сложная логистика и совершенно другой формат путешествия.

Эту мысль продолжил руководитель комитета Российского союза туриндустрии по внутреннему туризму Сергей Толчин: он подчеркнул, что противопоставлять Сочи и Владивосток неправильно — это два совершенно разных туристических продукта, рассчитанных на разную аудиторию.

По его мнению, юг России остается территорией классического пляжного отдыха, куда семьи едут за теплым морем и размеренным отпуском. Дальний Восток, напротив, выбирают ради впечатлений — дикой природы, экотуризма, вулканов, дайвинга, гастрономии и близости к Азии.

«Корректнее говорить не о перетоке туристов, а об уверенном росте интереса. Все больше людей начинают рассматривать Дальний Восток как самостоятельное направление, а не как альтернативу Сочи», — отметил эксперт.

По словам Толчина, около 70 процентов спроса со стороны жителей западных регионов России приходится именно на экскурсионные поездки, а не на пляжный отдых. И это закономерно: Дальний Восток не может массово конкурировать с южными курортами ни по продолжительности сезона, ни по температуре моря, ни по транспортной доступности. Поэтому семьи с детьми, традиционно ориентированные на пляжный отпуск, по-прежнему выбирают Краснодарский край или зарубежные направления — Таиланд, Вьетнам и Китай.

При этом спрос на путешествия на восток страны постепенно растет. По мнению главы комитета, главная задача региона сейчас — не пытаться конкурировать с южными курортами, а последовательно развивать туристическую инфраструктуру и делать ставку на свои уникальные преимущества.

Еще категоричнее эту мысль сформулировал вице-президент Ассоциации туроператоров России Сергей Ромашкин. По его словам, разговоры о массовом перетоке туристов с юга России на Дальний Восток не имеют ничего общего с тем, как в действительности устроен туристический рынок.

Эксперт объяснил: путешественник выбирает не просто точку на карте, а конкретный формат отдыха. Именно поэтому пляжный турист не станет покупать дорогостоящий тур на Камчатку только потому, что отказался от поездки в Сочи. И наоборот — человек, мечтающий увидеть вулканы, Тихий океан и дикую природу, вряд ли променяет такую поездку на отпуск у Черного моря.

«Перемещение туристов происходит между однотипными направлениями», — подчеркнул Ромашкин.

По его словам, если по каким-либо причинам спрос на отдых в Сочи снижается, это вовсе не означает, что туристы массово полетят через всю страну к Японскому морю. Скорее они выберут другое пляжное направление — например, Балтийское побережье, Каспий, зарубежные курорты или страны Юго-Восточной Азии.

По сути, как заявил эксперт, Владивосток и Камчатка сегодня конкурируют не с Сочи, а с другими регионами, предлагающими путешествия за впечатлениями, природой и активным отдыхом. Именно поэтому рассчитывать, что проблемы южных курортов автоматически приведут на Дальний Восток миллионы новых туристов, не стоит.

При этом интерес к востоку страны действительно растет. В Министерстве туризма Приморья отметили, что всё чаще в регион приезжают туристы с высокой «насмотренностью» — люди, которые уже объехали большую часть России и теперь сознательно ищут новые впечатления, приключения и экстрим. Они отправляются в походы по Сихотэ-Алиню, осваивают сап и парусный спорт, уезжают на север края, бронируют поездки на острова.

Если судить по статистике бронирований, может показаться, что главным двигателем дальневосточного туризма являются жители Москвы. Однако сами участники рынка посоветовали смотреть на эти цифры внимательнее.

Приморские чиновники рассказали, что столица действительно остается крупнейшим источником туристов из европейской части страны. Однако сразу после нее следуют регионы самого Дальнего Востока — Хабаровский край, Амурская область, Якутия, Сахалин. Именно они во многом обеспечивают устойчивый поток отдыхающих в летний сезон.

Это подтвердил и генеральный директор компании «Турплатформа» Сергей Толчин. По его словам, для жителей соседних регионов Приморье давно стало привычным местом летнего отдыха, тогда как туристы из западной части России только начинают открывать для себя Дальний Восток.

Глава АТОР же убежден, что устойчивое развитие туризма на Дальнем Востоке вообще нельзя сводить к одной аудитории. По мнению Сергея Ромашкина, регион существует сразу в двух туристических измерениях, и именно это отличает его от большинства других направлений России. Он заявил, что региону необходимо одновременно работать сразу в нескольких направлениях — массового потока из Москвы ждать не стоит даже при самом благоприятном сценарии.

Первое — это собственные жители и туристы из соседних дальневосточных регионов. Именно они составляют настоящую же основу туристического рынка, обеспечивают стабильный поток и могут приезжать регулярно.

Второе — гости из европейской части России, для которых поездка на Дальний Восток, возможно, станет путешествием всей жизни, которое совершают один или максимум два раза.

Эта мысль хорошо объясняет специфику дальневосточного туризма. Житель Москвы может мечтать увидеть Владивосток годами. Он тщательно планирует отпуск, копит деньги, составляет маршрут, а потом наконец прилетает. После этого в списке желаний появляются Алтай, Байкал, Кавказ или Карелия, но вряд ли Дальний Восток.

Совсем иначе ведут себя сами дальневосточники. Для жителя Хабаровска поездка во Владивосток может стать ежегодной традицией. Сахалинцы регулярно приезжают в Приморье за отдыхом, лечением, гастрономией или шопингом. Жители Амурской области путешествуют к морю на автомобиле. Для них Владивосток не экзотика, а относительно близкое направление, куда можно возвращаться снова и снова.

Эксперт убежден, что в этой связи региону нужны не только объекты для активного отдыха, но и современные санатории, пляжная инфраструктура, экскурсионные маршруты и другие форматы путешествий, которые будут востребованы у местных.

Но есть и третья аудитория, потенциал которой пока раскрыт далеко не полностью, — иностранные туристы. По словам эксперта, Китай уже сегодня является одним из ключевых рынков для Дальнего Востока, а в перспективе именно сочетание трех потоков — жителей дальневосточных регионов, туристов из европейской части России и гостей из соседних стран Азии — способно обеспечить региону устойчивый рост турпотока.

Эта логика практически полностью совпала с позицией Сергея Толчина. Он также убежден: развитие туризма нельзя выстраивать исключительно на туристах, прилетающих за девять тысяч километров. Дальний Восток одинаково интересен и жителям европейской части страны, и дальневосточникам, и иностранцам — однако каждая из этих групп приезжает сюда за совершенно разным опытом.

Это значит, что универсального туристического продукта для всех просто не существует: каждой аудитории нужны свои маршруты и свои предложения. А также всегда останутся те, кто вряд ли когда-либо выберет дальневосточное направление, несмотря на все старания местного бизнеса и властей.

«Можно с уверенностью сказать, что семьи с детьми из западных регионов России с большими чемоданами, набитыми купальниками, — не типичная картина в аэропортах Дальнего Востока. Страна у нас северная, и родители стремятся вывезти детей к морю. Для западных регионов это либо традиционный юг России, либо зарубежные пляжные направления. С учетом этого нет смысла противопоставлять их и Дальний Восток — это принципиально разные продукты», — обозначил эксперт.

Но, кто бы ни приехал во Владивосток, эксперты сошлись еще в одном: современный турист стал намного требовательнее. Заместитель председателя комитета Государственной Думы по туризму Наталья Костенко уверена, что сегодня путешественник готов платить за дорогую поездку, если понимает, ради чего он приехал. По ее словам, главная задача региона — не просто разместить человека в гостинице, а сделать так, чтобы ему хотелось остаться дольше.

Именно поэтому, как рассказала депутат, развивать нужно не отдельные объекты, а целые туристические территории. В качестве примера Костенко привела случай из Башкирии, где предприниматель построила несколько деревянных домиков в госсубсидии на 14 человек в живописном горном селе — в 50 километрах бездорожья, без связи и без освещения. Девушка горела своим проектом, однако ожидаемого эффекта для района не произошло.

«Я говорю: „В чём экономика?“ Раньше эти же 14 человек жили у бабушек, а теперь живут в двух домиках. Ну и что изменилось?» — вспомнила Костенко.

Она убеждена, что государство должно не просто субсидировать строительство гостиниц, а создавать вокруг них полноценную инфраструктуру. По ее мнению, необходимо прокладывать дороги, подводить коммуникации, строить дополнительные объекты — например, бассейны с подогревом. Тогда и местные жители смогут заработать: печь хлеб, продавать яйца, принимать гостей. И человек приедет не на день и не на выходные, а на неделю — потому что у него будет чем заняться.

Эту же проблему, по словам депутата, она увидела и на популярных южных курортах. Владельцы пятизвездочных отелей Анапы жаловались, что молодежь приезжает всего на два-три дня.

«Какие у вас услуги? Спа, покушать и поспать. Ну, съездить на озеро Кипарисовое — и всё. Чем людям заниматься неделю?» — спросила тогда депутат представителей бизнеса. И сама же ответила: загрузите туристов так, чтобы им было мало недели, чтобы они захотели вернуться, потому что не успели изучить всё, что вы можете предложить.

По мнению депутата, сегодня в этом и заключается главный принцип успешного туризма: конкурируют уже не гостиницы и даже не регионы — впечатления. Если человеку есть что посмотреть, куда поехать и чем заняться, он остается дольше, тратит больше денег и возвращается снова.

«Тогда это экономика», — резюмировала Костенко.

В продолжении темы денег высказался Сергей Толчин. Он оценил рост продаж по Дальнему Востоку в 2026 году в 15–22%, однако сразу оговорился: точный прогноз делать ещё рано. Главный барьер, по его словам, остается прежним.

«Многие воспринимают Дальний Восток как дорого и долго», — честно отметил эксперт.

И это не просто стереотип — Дальний Восток действительно был и есть далеко не самым дешевым направлением для среднестатистического туриста-россиянина. И маржинальность в данном случае не всегда находится в руках властей. Инфляция себестоимости, высокая стоимость заемного финансирования, без которого невозможно развитие инфраструктуры, — всё это в конечном счете закладывается в цены.

«Помимо прочего, в одну из первых очередей на стоимость влияет стоимость перевозки из-за дальности перелета из западных регионов РФ. Это данность. Снизить ее можно через различные субсидии и развитие поддержки чартерных туристических программ. Но длительность перелета пока никуда не девается, и не каждая семья решится на такое», — пояснил Толчин.

Депутат Наталья Костенко заявила, что доступная транспортная логистика необходима для сдвига туризма с мертвой точки едва ли не больше, чем современная инфраструктура. Она отметила, что чартерные программы на Дальний Восток сворачивали под разными предлогами, поскольку крупные авиакомпании видели в них конкуренцию. А когда крупные перевозчики перестали выделять блоки мест по доступным ценам, люди просто перестали даже думать о российском восточном направлении.

«Чартеры на юг сегодня летают по пять-шесть тысяч рублей. А сколько стоит билет в один конец на Дальний Восток — если человек вообще сможет его найти в наличии? Поэтому ничего удивительного, что выбирая, куда лететь — во Владивосток, Бурятию или в Сочи, — средний россиянин выбирает Сочи. Но, если билет во Владивосток будет стоить адекватных денег, люди поедут сами, без всяких туроператоров», — убеждена депутат.

Между тем в соцсетях всё чаще появляются видео, где туристы жалуются на цены во Владивостоке, сравнивая их с московскими или зарубежными — не в пользу дальневосточной столицы. Об этом, например, звучала «эмоциональная исповедь» блогера из Санкт-Петербурга Анастасии.

Даже сами жители порой не могут сдержаться от возгласов ужаса, видя итоговую стоимость поездки на море «дома». Например, недавно приморчанка рассказала, что отдых в родном Приморье оказался на треть дороже поездки в Китай.

На этом фоне возник резонный вопрос: если юг России уйдет в прошлое, а Дальний Восток остается главной альтернативой, не превратится ли он в «туристическую ловушку» — с завышенными ценами, куда гость больше не захочет возвращаться?

Сергей Толчин признал: этот риск уже частично существует. На фоне растущего спроса увеличивается и число тех, кто не планирует посещать направление повторно. И завышенные цены — одна из главных причин.

Отдельная тема — механизмы господдержки. На юг субсидируют железнодорожные билеты, на Дальний Восток — авиабилеты через плоские тарифы. Но этого, по мнению экспертов, недостаточно. На вопрос, ведутся ли переговоры о введении специального повышенного кешбэка именно для поездок на Дальний Восток, чтобы уравнять шансы регионов, Толчин был уклончив, но дал понять: диалог с властью ведется.

Затронули и тему туристического налога, который ввели в России в 2025 году как смену курортному сбору. В Министерстве туризма Приморья напомнили, что туристический налог вводят исключительно по решению муниципалитетов. В 2025 году его установили в 6 муниципалитетах, благодаря чему в местные бюджеты поступило 96 миллионов рублей, которые можно направить в том числе на развитие туристической инфраструктуры. С 2026 года налог начнут взимать еще на 14 территориях.

В профессиональном сообществе не стали отрицать: для Дальнего Востока, где сама поездка уже обходится значительно дороже, чем отдых в большинстве российских регионов, дополнительный сбор с туристов вызывает немало вопросов.

«Большинство регионов, естественно, воспользовалось возможностью получить дополнительные доходы в местные бюджеты. Но момент крайне неудачный, поскольку в этом году мы видим некоторую стагнацию спроса, многие гостиницы вынуждены снижать цены, чтобы привлечь гостей, однако одновременно закладывают в стоимость обязательный сбор», — заявил Сергей Ромашкин.

Эксперт высказал мнение, что запланированное увеличение ставки до 3% в 2027 году, а затем до 5% к 2030 году — это серьезный удар по экономике отелей и кошелькам туристов.

«На мой взгляд, как минимум, его надо заморозить на уровне 2%, а лучше отменить вовсе. Некоторые регионы, возможно, действуют более дальновидно. Например, Крым отказался от взимания турналога — и это хороший сигнал для туристов. Если одни регионы по сути говорят: „Приезжайте, но не забудьте доплатить нам 2%“, то Крым заявляет: „Приезжайте, мы вам рады, платите только за отель“», — отметил Ромашкин.

При этом специальных льгот для регионов Дальнего Востока, несмотря на высокую стоимость перелетов и отдыха, пока не предусмотрено. По мнению эксперта, проблема касается всех туристических направлений страны, а дальнейший рост налога в перспективе может негативно сказаться на внутреннем турпотоке.

В продолжении мысли коллеги Сергей Толчин отметил, что пока специальных льгот для ДФО не предусмотрено, однако власти уже говорят о необходимости учитывать особенности макрорегиона.

«Позиция региональных властей формулируется так: Дальний Восток — это территория с объективно более высокими издержками для туриста. Сейчас ведется диалог об ограничении дальнейшего роста туристического налога для всех регионов», — пояснил Толчин.

Министр туризма Приморья Наталья Набойченко ранее сообщила, что весь номерной фонд края забронирован до осени, однако власти призвали не делать из этого сенсацию. Поэтому возник закономерный вопрос: это результат действительно высокого спроса или же следствие дефицита предложения?

Сергей Толчин предложил смотреть не только на загрузку гостиниц, но и на структуру рынка. По его словам, высокая заполняемость — это, безусловно, хороший сигнал. Она говорит о том, что интерес к региону есть. Однако одновременно она показывает и другую проблему — предложение просто не успевает за спросом.

«Если номера заканчиваются задолго до начала сезона, это означает, что региону необходимо увеличивать номерной фонд. Туристы готовы приезжать, но им нужно где-то жить», — отметил эксперт.

Эту мысль косвенно продолжила заместитель председателя комитета Государственной Думы по туризму Наталья Костенко. По ее мнению, одна из главных проблем Дальнего Востока заключается не только в количестве классических гостиниц, но и в отсутствии современной инфраструктуры размещения в целом.

Она обратила внимание, что региону пока не хватает качественного жилья, которое можно было бы использовать для туристов: современных апарт-отелей, легальных гостевых домов, небольших гостиничных комплексов. В результате путешественник часто оказывается перед выбором между дорогими отелями высокого класса и весьма скромными вариантами размещения, тогда как предложений среднего ценового сегмента заметно меньше.

При этом Костенко убеждена: проблема не сводится только к строительству новых гостиниц.

Сергей Ромашкин же заявил, что вокруг темы «полных гостиниц» сегодня слишком много эмоций. Он не исключил, что загрузка действительно высока, однако засомневался, что она принципиально отличается от прошлогодней и что регион так и не научился работать с этим потоком.

«Рост турпотока в высокий сезон всегда присутствовал в Приморье. И этот год фактически ничем не отличается от предыдущих. Такая ситуация характерна практически для каждого лета. Высокий сезон в Приморье сам по себе очень короткий — фактически он укладывается в несколько недель. Именно поэтому создается ощущение тотального дефицита», — подтвердили мнение вице-президента АТОР приморские чиновники.

В Министерстве туризма Приморья пояснили, что бронирование номерного фонда практически до конца сентября — это константа. При этом местные жители чаще бронируют отдых на короткие сроки — кто-то с пятницы на выходные, кто-то чуть дольше, тогда как приезжие предпочитают более длительное пребывание. И здесь, например, забронировать две недели на большую компанию или семью бывает сложно, потому что те же выходные уже заняты.

«Получается своеобразный пунктир броней — здесь занято, а здесь еще несколько дней свободны. Отдыхающие держат руку на пульсе, постоянно мониторят старты продаж. Базы отдыха предлагают выгодные условия постоянным клиентам. Целые блоки заранее выкупают для своих партнеров туркомпании. Но есть один нюанс: брони номерного фонда — это только одна сторона, вторая — это отказы», — рассказали в ведомстве.

Хватит ли горничных, гидов и поваров на Дальнем Востоке, чтобы обслужить внезапный вал туристов? И не получится ли так, что из-за усталости персонала качество сервиса упадет и туристы больше не вернутся?

Сергей Толчин в этом вопросе предельно прямолинеен. По его словам, проблема дефицита кадров в пик сезона — не временная случайность, а системная особенность любого направления с выраженной сезонностью. Приморье в летний период формирует основной турпоток за счет жителей соседних регионов, и именно в эти месяцы нагрузка на персонал достигает предела.

«Тут всегда характерен недостаток номеров и персонала в пик и избыток на выходе из него. Нет возможности на высокий сезон клонировать горничных, гидов и поваров, а в конце сезона вернуть обратно», — констатировал эксперт.

Иными словами, при всём желании отели не могут нанять сотрудников только на три летних месяца, а в сентябре их уволить. Рынок труда в регионах Дальнего Востока и без того не изобилует свободными руками. И если номерной фонд еще можно расширить, то люди, готовые работать с полной отдачей в режиме 24/7, из ниоткуда не появятся.

Этот риск — падение качества сервиса из-за перегруженного персонала — эксперты назвали одним из главных вызовов для дальнейшего роста. Потому что турист, заплативший большие деньги за поездку на Дальний Восток, вряд ли простит невнимательность, задержки или плохое обслуживание. А значит, в следующий раз он выберет другое направление.

На фоне других дальневосточных направлений Владивосток сегодня выглядит едва ли не самым доступным: цены на проживание и перелет здесь ниже, чем на Камчатке, а дороговизна последней, напротив, уже давно стала частью ее туристического бренда — едут за вулканами и медведями, зная, что дешево не будет. Сахалинская область в этом ряду стоит особняком и демонстрирует совершенно иную картину. Здесь спрос остается нишевым, дорогим и — вопреки ожиданиям — всё более самостоятельным.

Региональный представитель Российского союза туриндустрии в Сахалинской области, генеральный директор туроператора «Би-томо» Ирина Ли подтвердила: некоторое оживление на островном рынке действительно есть, однако называть его устойчивым туристическим ростом пока рано.

«Приморский край и Владивосток нельзя напрямую сравнивать с островным регионом. Что касается Сахалинской области, то некоторое оживление спроса действительно наблюдается, однако говорить о значительном туристическом потоке пока преждевременно», — пояснила эксперт.

Главная проблема, по словам Ирины Ли, — стоимость. Сам Сахалин еще доступен для многих путешественников, однако большинство гостей мечтают именно о Курилах. А турпродукт с посещением островов уже сложно назвать бюджетным, особенно для тех, кто привык отдыхать на юге России.

Ли также обратила внимание на то, что из Владивостока на Итуруп действует федеральная программа, в итоге добраться до Курил через столицу Дальнего Востока иногда дешевле, чем через Сахалин, хотя именно Сахалин является главным транспортным узлом региона.

«На мой взгляд, этот вопрос требует дополнительного внимания», — подчеркнула эксперт.

При этом интерес к направлению, по словам специалиста, есть — во многом благодаря самостоятельным путешественникам. Именно они сегодня формируют основу спроса: сами покупают билеты, бронируют жилье и уже на месте решают, куда поехать. При этом наиболее востребованными остаются именно дорогие, нишевые путешествия — на Курильские острова, к маякам, вулканам и в труднодоступные уголки региона. Это продукт не для массового туриста, а для тех, кто сознательно готов платить за уникальный опыт.

«Однако в таком случае ответственность за качество услуг никто не несет — это уже выбор самого туриста», — предупредила Ирина Ли.

Говоря о перспективах, специалист признала: ждать резкого роста продаж в ближайшее время не стоит. Уровень платежеспособности населения сегодня ниже, чем в период пандемии, когда работал отложенный спрос. Туристический налог и общий рост цен только усугубляют ситуацию, не создавая предпосылок для снижения стоимости поездок.

Единственной реальной мерой поддержки, по мнению эксперта, могло бы стать возвращение туристического кешбэка. Однако летний сезон уже стартовал, и если такие меры и сработают, то скорее для осени или зимы.

«Хотя нельзя исключать, что к этому времени многие россияне будут вынуждены еще больше экономить на путешествиях», — добавила Ирина Ли.

Если разговор о российских туристах неизбежно упирается в дорогие перелеты и огромные расстояния, то в случае с иностранцами ситуация выглядит совсем иначе. Владивосток находится не на окраине мира, а в центре Азиатско-Тихоокеанского региона. До китайских, корейских и японских городов отсюда зачастую ближе, чем до Москвы. Казалось бы, именно зарубежные гости должны стать главным двигателем туристической отрасли Дальнего Востока.

На первый взгляд, так и происходит. Китайская речь давно стала привычной на улицах Владивостока, экскурсионные автобусы с иностранцами появляются у главных достопримечательностей практически ежедневно, а региональные власти все чаще говорят о развитии въездного туризма.

Но означает ли это, что именно иностранцы способны обеспечить Дальнему Востоку туристический прорыв? Наталья Костенко ответила: да, но только при одном важном условии, и предложила посмотреть на ситуацию значительно глубже. По ее мнению, проблема сегодня вовсе не в недостаточном количестве иностранных туристов, а в том, какие именно зарубежные гости приезжают и зачем.

Во Владивостоке уже давно никого не удивишь однодневными группами из Китая. Но, как отметила депутат, с точки зрения экономики такие поездки дают региону значительно меньше, чем принято считать.

«Однодневные туры экономически бессмысленны. Человек приехал, походил несколько часов и уехал. Он не живет в гостинице, не пользуется большинством услуг, не оставляет значительных денег в местной экономике», — объяснила Костенко.

По ее словам, настоящую ценность представляют совсем другие путешественники — те, кто остается в регионе хотя бы на несколько дней. Именно такой турист, по мнению эксперта, становится частью экономики города, а не просто попадает в статистику.

Эта мысль перекликается с позицией Сергея Толчина. Он несколько раз подчеркнул, что современный туризм давно перестал измеряться только количеством прибывших людей. Намного важнее понимать, сколько времени человек проводит в регионе, какие услуги покупает и сколько денег в итоге остается в местной экономике.

«Именно поэтому борьба должна идти не за максимальное число гостей, а за качественный туристический продукт, который заставит человека задержаться дольше», — отметил эксперт.

При этом сами эксперты признают: потенциал азиатского рынка сегодня используется далеко не полностью — несмотря на географическую близость, транспортные связи с соседними странами остаются ограниченными. В качестве примера Наталья Костенко привела Японию. По ее словам, интерес к этому направлению существует как у туристов, так и у туроператоров, однако развитию мешает нехватка дальнемагистральных самолетов и ограниченные возможности авиасообщения.

К концу разговора со всеми экспертами возникло ощущение, что главные проблемы дальневосточного туризма давно известны. Более того, почти никто не спорит, что именно необходимо делать дальше. Но чем внимательнее слушаешь собеседников, тем отчетливее понимаешь другую проблему: региону не хватает не отдельных проектов, а единой стратегии.

Можно построить новую гостиницу. Можно благоустроить еще один пляж. Можно провести красивый фестиваль или открыть очередной туристический маршрут. Но изменит ли это ситуацию в целом? Большинство экспертов уверены — нет.

Самую жесткую оценку нынешней модели развития дала Наталья Костенко. По ее словам, сегодня многие регионы продолжают поддерживать разрозненные инициативы отдельных предпринимателей, надеясь, что именно они станут локомотивами развития туризма. Однако такая модель, по ее мнению, давно перестала работать.

«Нет стратегического подхода. Каждый делает там, где у него есть участок земли. Это инициатива отдельных людей, но в этом нет экономики. Туризм не развивается сам по себе, если государство не создает условия вокруг таких проектов», — заявила депутат.

У Владивостока и Дальнего Востока в целом, считает она, нет проблемы составить насыщенную программу, провести отличные экскурсии для туриста. Проблема начинается раньше — люди просто не доезжают. Потому что дорого и сложно. И бизнес сам по себе этот вопрос не решит.

По мнению Костенко, туристическая отрасль должна перестать жить от сезона к сезону и начать работать на десятилетия вперед. Это означает строительство новых гостиниц одновременно с развитием дорог, общественных пространств, пляжей, сервисов, событийного календаря, авиасообщения и мер поддержки бизнеса. Только тогда отдельные успешные проекты смогут сложиться в полноценную туристическую экосистему.

Сегодня, как отметила депутат, у Дальнего Востока есть практически всё, чего невозможно создать искусственно: уникальная природа, океан, национальные парки, гастрономия, близость к крупнейшим рынкам Азии и растущий интерес со стороны путешественников.

Не хватает другого — условий, которые позволят превратить эти преимущества в устойчивую туристическую индустрию. Именно поэтому вопрос уже не в том, может ли Дальний Восток стать одним из главных туристических регионов страны, — успеет ли регион воспользоваться тем окном возможностей, которое открылось сейчас.