От Пекинской к Фокина: онлайн-экскурсия по следам самого криминального и торгового района Владивостока XIX века

Улица Фокина — одна из самых узнаваемых в центре Владивостока. Сегодня она ассоциируется с кафе, музыкантами и неспешными прогулками, но также за этой привычной картинкой скрывается богатая история старого города — военного поста.

Гид-экскурсовод и турагент «Омела Тревел» Ксения Омелаева предложила журналисту VLADIVOSTOK1.RU пройти все 800 метров улицы Адмирала Фокина, заглянуть в закоулки Миллионки и постараться рассмотреть за современными фасадами и вывесками ту самую, одну из первых, криминальную и торговую улицу Пекинскую, которая начиналась почти у самого моря и обрывалась на пересечении с улицей Суйфунской.

Современная Фокина берет начало от дома № 1 с литерами А и Б у стадиона «Динамо» и тянется до улицы Уборевича почти идеально прямо, без изгибов. Сегодня она частично является пешеходной, а раньше представляла собой автомобильную магистраль.

Экскурсию Ксения Омелаева начала не с дома, а с года — 1860-го, ключевой даты для всего Владивостока. Именно тогда был основан город и в том же году заключен Пекинский договор между Российской империей и Китаем. По условиям соглашения территория современного Приморья окончательно отошла нашей стране.

«Для большинства наших горожан эта улица всегда носила название Фокина. Однако раньше она имела другое имя — Пекинская, в честь заключения Пекинского договора, сыгравшего важную роль в истории Дальнего Востока», — начала свой рассказ экскурсовод.

При этом, как пояснила гид, еще раньше, в 1858 году, подписали Айгунский договор. Он закрепил за Россией земли Приамурья, Забайкалья, юга нынешнего Хабаровского края и территории современной Еврейской автономной области. До этих договоров всё это пространство считалось китайским.

По словам Омелаевой, для Владивостока оба соглашения имеют очень важное значение — без них не было бы ни Приморского края в составе России, ни самого города. В этой связи экскурсовод с большой долей скепсиса отнеслась к периодически возникающим предложениям горожан вернуть улице историческое название — Пекинская.

«Считается, что так мы привлечем еще больше внимания со стороны гостей из Поднебесной. Как бы не вышло наоборот, ведь в Китае и Айгунский, и Пекинский договоры считают несправедливыми и грабительскими. Вряд ли туристы из КНР испытают особую радость, услышав, что одна из главных пешеходных улиц Владивостока звучит как столица их страны», — пояснила эксперт.

Современное название улица получила в 1964 году — в честь героя Великой Отечественной войны адмирала Виталия Фокина, командующего Тихоокеанским флотом в 1958–1962 годах. Омелаева подчеркнула, что его биография весьма насыщенна: уроженец Костромской области, он окончил морское училище, служил на Северном, Каспийском и Балтийском флотах, а в конце 1920-х годов — даже на легендарном крейсере «Аврора».

В 1953 году Виталий Фокин получил звание адмирала, а спустя несколько лет был направлен во Владивосток. Именно при нем в 1958 году город стал закрытым. После его смерти в январе 1964 года улицу вскоре переименовали в его честь.

При этом привычный сегодня облик улицы сформировался далеко не сразу. До 1990-х годов она оставалась проезжей — транспорт двигался по ней в обоих направлениях. Вдоль дороги росли огромные ильмы, выше домов по обеим сторонам.

В эпоху перестройки здесь возникла стихийная торговая зона: предприниматели установили ларьки, в которых продавалось всё — от одежды и косметики до продуктов и аптечных товаров. Улица долго сохраняла статус проезжей и называлась в народе Торговой, а поворот с Пограничной был свободным.

Лишь в 2002 году киоски демонтировали, старые деревья убрали, и пространство окончательно превратили в пешеходную зону. Фонтаны появились позже — ближе к 2010-м, а световое «звездное небо», ставшее новой городской достопримечательностью, украсило улицу в 2019 году.

Если же вернуться к концу XIX — началу XX века, когда улица еще носила название Пекинская, то она представляла собой фактически сплошной китайский рынок. Район, где проходит улица, получил неофициальное имя Миллионка — из-за большого числа китайцев, проживавших здесь.

«Горожане говорили, что их миллион, хотя в действительности доля китайского населения составляла около 30% — всё равно весьма значительно для русского города», — рассказала Ксения Омелаева.

Первоначально китайская община жила ближе к центральной площади, которая тогда представляла собой обрыв к морю. Однако власти стремились отодвинуть компактное поселение от административного центра — так и сформировался китайский квартал Миллионка в ее нынешних границах.

Китайцы, по словам экскурсовода, селились компактно вдоль тогдашней Пекинской улицы и соседних переулков. В историческую Миллионку также входили дома вдоль современной улицы Семеновской, район напротив стадиона «Динамо» и кварталы в сторону железной дороги.

Китайские рабочие, как правило, приезжали без семей, в основном мужчины. Они зарабатывали деньги и уезжали обратно в Поднебесную. Жили скученно: в одной комнате могли размещаться по 12–15 человек, спали на трехъярусных нарах.

«В дореволюционном Владивостоке китайцы во многом играли роль гастарбайтеров — так же, как сегодня в Россию приезжают трудовые мигранты из стран Средней Азии. В город также приезжали корейцы и японцы, но их роль отличалась. Японцы чаще занимались предпринимательством, открывали небольшие лавки и торговые точки. Корейцы, напротив, переселялись семьями, занимались сельским хозяйством и стремились к постепенной ассимиляции», — пояснила гид.

На месте нынешнего стадиона «Динамо» в конце XIX — начале XX века располагался длинный китайский рынок. Если взглянуть на это место со стороны моря, отметила гид, перед глазами открылся бы шумный торговый лабиринт.

«Сама Пекинская улица представляла собой один сплошной базар: торговали буквально у каждой стены и под каждым кустом. Ассортимент был самым разнообразным — от продуктов и одежды до ремесленных изделий», — отметила Ксения Омелаева.

Однако значительная часть торговли велась нелегально. По словам экскурсовода, власти требовали уплаты налогов, но, по оценкам современников, до 80% жителей Миллионки имели нетрудовые доходы — занимались теневым бизнесом. В начале Пекинской улицы действовали подпольные мастерские по подделке документов и фальшивомонетничеству, здесь производили суррогатный алкоголь, держали притоны, опиумные и морфиновые курильни, которые называли морфиниловками.

Район считался донельзя криминальным и опасным: по словам Омелаевой, полицейские нередко опасались заходить сюда без серьезной необходимости — все во Владивостоке знали, что сюда можно прийти и просто не выйти. Такие случаи действительно фиксировались в дореволюционных хрониках.

«Миллионка состояла из тысячи узких двориков и проходиков. Стоило начаться облаве, как китайские торговцы буквально бросались врассыпную, как тараканы. Поймать их было просто невозможно. Полицейские караулы не могли разместиться в лабиринтах квартала, а по одному соваться к общине никто не решался», — пояснила гид.

Сегодня одной из ярких точек отсчета улицы Пекинской можно назвать здание по адресу Фокина, 1а — на фасаде до сих пор можно прочитать надпись «Доходный дом Пьянкова».

Это здание, построенное специально для сдачи квартир или комнат в аренду богатым китайцам, принадлежало купеческой семье, трем братьям-предпринимателям — Михаилу, Иннокентию и Владимиру Павлиновичам. Они с конца XIX — начала XX века фактически контролировали значительную часть водочного бизнеса на Дальнем Востоке.

«Бизнес Пьянковы вели и за пределами Владивостока: владели винокуренными заводами в Благовещенске, Николаевске-на-Амуре и Хабаровске. Это редкий случай, когда фамилия соответствует роду деятельности, однако их вклад в развитие региона не ограничивался торговлей спиртным. Братья были меценатами. Они занимались книготорговлей, снабжали город литературой, а школы и приходские училища нередко обеспечивали учебниками бесплатно», — рассказала гид.

Здания через дорогу — дом № 3, а также № 5 и 5а — также принадлежали Пьянковым и представляли собой доходные дома. Они выстроены почти в ряд, а между ними исторически проходила улица Пограничная — важная транспортная артерия старого Владивостока.

Экскурсовод добавила, что, помимо фасадных зданий, у каждого доходного дома обязательно имелись дворовые постройки — флигели и хозяйственные корпуса. Их тоже сдавали внаем. Место считалось крайне выгодным: фактически центр города, оживленная торговля, постоянный поток людей.

Пока экскурсия проходила по территории современного владивостокского Арбата, Ксения Омелаева заметила, что все дома на нынешней улице Фокина изначально были краснокирпичными и двухэтажными. Всё, что сегодня возвышается выше второго уровня — мансарды, деревянные надстройки, дополнительные этажи, — появилось уже в советское время.

При этом дома Миллионки, как внешние, так и внутренние, по-прежнему остаются жилыми. Несмотря на то что на первых этажах сегодня работают магазины и кафе, верхние этажи заняты квартирами. Условия жизни здесь, по сравнению с XIX веком, изменились не на порядок: кое-где до сих пор не проведена центральная канализация и не заменена проводка. А в качестве бессменных соседей выступают крысы и клопы.

В одной из подворотен — за аркой на улице Фокина, 4 — уже много лет на полуразрушенной стене «живет» американский бухгалтер Мэрил Хаскелл. Он пробыл во Владивостоке с миссией Христианского американского союза молодежи всего полгода — с августа 1919 года по февраль 1920 года. И мы бы ничего вообще про него не узнали, если бы не его увлечение фотографией.

«В нулевые потомки случайно нашли его огромную коллекцию фотографий старого Владивостока и связались с музеем Арсеньева. Одна из его работ даже увековечена в камне, памятник стоит тоже в Миллионке», — рассказала экскурсовод.

Скульптура китайскому гадальщику стоит на спуске от адмирала Фокина, 10в к книжному магазину «Невельской».

Затем экскурсовод предложила окончательно свернуть с парадной улицы вглубь кварталов — в узкие дворики Миллионки, чтобы почувствовать, в каких условиях здесь когда-то кипела жизнь. По словам Ксении, в этих пространствах не только жили, но и торговали.

«Каждое крыльцо, каждый выступ и куст — всё было усажено китайцами и усыпано товарами. Ассортимент поражал воображение. Продавали буквально всё — от иголок и бытовых мелочей до фруктов, которые для дальневосточного порта были экзотикой: ананасы, апельсины, мандарины, огурцы. Владивосток как морской город получал товары по торговым путям, и Миллионка становилась точкой их распределения», — отметила гид.

Особое впечатление произвела скученность застройки. Просвет между домами порой едва превышал длину ладони, что наглядно объясняет, почему район долго считался труднодоступным и опасным для посторонних.

«Китайские рабочие были крайне непритязательны в быту: для жизни им было достаточно спального места размером примерно 1,75 на 0,6 метра, горсти риса в день и немного овощей. Минимальные потребности позволяли выживать в таких условиях», — рассказала Ксения.

В одном из дворов когда-то стояла скульптура китайского носильщика — каули. Это была самая низкооплачиваемая категория работников среди владивостокских китайцев. Их фактически приравнивали к живому транспорту, обязав двигаться по правой стороне улицы, как повозки или автомобили, независимо от того, несли они груз или шли налегке.

«Зарабатывали очень мало, и всяк мог его обидеть. Могли заказать работу и не заплатить: он принес груз, а денег не получил. При этом физические нагрузки были колоссальными. Носильщики переносили рояли, тяжелые сундуки, а порой даже гробы — всё на собственных плечах», — пояснила экскурсовод.

Сегодня скульптура со смешным названием «Очень сильно груженный китаец» установлена на улице Пограничной, возле китайского ресторана в подворотне — ее перенесли из глубины квартала.

Помимо носильщиков, здесь трудились и так называемые разносчики, доставщики — прообраз современных служб доставки.

«Первую службу доставки придумали китайцы — не Яндекс и не Google», — с улыбкой рассказала гид, пояснив, что с рынка можно было нанять человека, который в корзинах на коромысле приносил продукты, воду, уголь и любые другие товары.

Дворы на Фокина частично принадлежали китайским землевладельцам, однако ключевой фигурой здесь стал купец американо-китайского происхождения — Карл Генри Купер. Он женился на китаянке по имени Мэри — крещеной, принявшей православие, — еще в Поднебесной и привез вместе с тремя детьми во Владивосток.

По словам экскурсовода, Куперы прибыли в город в 1864 году и буквально с первых лет начали активно скупать землю. До 1892 года иностранцам разрешалось приобретать участки в собственность, и предприимчивый купец воспользовался этим по максимуму. Позже законодательство изменилось, и иностранцы могли лишь арендовать землю, но к тому моменту Куперы уже владели более чем десятью участками, включая территорию нынешних домов на Фокина, 6 и 8.

«Земля тогда стоила крайне дешево — около трех серебряных копеек за квадратную сажень (примерно 4,5 квадратного метра). Это позволило семье быстро нарастить активы. На приобретенных участках строились доходные дома, гостиница, трактир, продуктовая лавка. Купер оказался очень удачливым предпринимателем», — подчеркнула гид.

Соседний участок, ближе к улице Светланской, также был застроен доходными домами, однако их репутация была неоднозначной: в основном там проживали девушки легкого поведения. Иронично, что сегодня в одной из подворотен неподалеку работает современный магазин для взрослых.

Неподалеку от публичных домов располагалось фотоателье Карла Шульца — известного в городе фотографа. Его своеобразным хобби было создание портретов незамужних девушек Владивостока. В ту эпоху не было принято фотографироваться на улице, поэтому женщины приходили в студию. Позже неженатые мужчины могли просматривать альбом и выбирать потенциальную невесту.

Вернувшись к Куперам, гид отметила, что одним из самых прибыльных направлений их бизнеса стала добыча и продажа морской капусты. Этот промысел приносил серьезный доход: японские торговцы активно скупали продукцию. Мэри Купер принимала участие в управлении землями и доходными домами, фактически выступая полноценным партнером мужа.

На месте нынешнего ресторана «Китайские слухи» в конце 1990-х работал ресторан «Дом Купера» — название напоминало о прежних владельцах. Часть участков семья позже перепродала с выгодой, часть передала дочерям в приданое. По основным источникам, у Куперов было 14 детей: трое родились в Китае, еще одиннадцать — уже во Владивостоке.

История семьи не обошлась без трагедий. Трое сыновей погибли во время промысла морской капусты — на предприятие напали хунхузы, китайские разбойники, которых называли краснобородыми. Они убили и детей Куперов, и работников. Еще двое детей умерли в младенчестве. Остальные получили образование за границей — в США, Китае и Англии.

Сам Карл Генри Купер скончался примерно в 1885 году. Мэри умерла позже. Супругов похоронили на Покровском кладбище, на месте которого сегодня стоит Покровский храм. В 1921 году потомки Куперов покинули Владивосток.

Вынырнув из тесных двориков Миллионки, мы оказались под световой инсталляцией «звездное небо» — одним из самых узнаваемых украшений современной улицы Фокина. Экскурсовод напомнила, что появилось оно в 2019 году и изначально светилось холодным синим цветом. Позже подсветку сделали тепло-желтой, и атмосфера стала более уютной.

Фасады вокруг — яркие, аккуратно отреставрированные, с декоративными элементами — результат масштабных работ начала XXI века. Изначально же вся застройка была краснокирпичной, закопченной, со следами многочисленных пожаров.

Нарядные орнаменты и архитектурные детали появились во время перестроек конца XIX — начала XX века, когда владельцы стремились придать домам более респектабельный вид.

Дом № 7 — доходный дом купца Золотухина. По той же модели, что и Пьянковы, он построил здание и сдавал помещения внаем — крайне прибыльное вложение в быстрорастущем порту.

Далее внимание привлекло здание по адресу Адмирала Фокина, 10 (10а) — ныне известное как торговый дом «Алеутский». С фасада оно выглядит аккуратно и современно, но стоит зайти во двор — и открывается суровый красный кирпич старых стен.

Этот квартал когда-то принадлежал китайскому подданному по имени Чай. В источниках его фамилию передают по-разному, но сам он называл себя Чай Манза — манзами во Владивостоке именовали уссурийских китайцев. В начале 1870-х годов Чай приехал в город не один, а с тремя женами — по китайским обычаям того времени это было допустимо, если мужчина мог содержать семью. Российские власти отнеслись к подобным традициям снисходительно, однако юридически право наследования имели только старшая жена и ее дети.

У старшей жены Чая было два сына — Чай Вейджень и Чай Вейджуль. Сам Чай, как и Купер, активно скупал землю. Весь квартал, ограниченный нынешним торговым домом «Алеутский» и соседними зданиями, принадлежал ему. Здесь возник первый владивостокский чайна-таун: один каменный дом (на месте нынешнего торгового дома) и несколько деревянных, в том числе двухэтажных, сдавались внаем. Китайцы жили здесь столь же скученно, как и в других частях Миллионки.

В 1882 году Чай внезапно умер. Старшей жене пришлось доказывать права на землю: участок когда-то был приобретен у Джеймса Корнелиуса де Фриза (американского подданного голландского происхождения) фактически по устной договоренности. Судебные разбирательства длились несколько лет. Когда право собственности наконец подтвердили, в квартале вспыхнул крупный пожар. Деревянные постройки выгорели полностью, а каменный дом был настолько повреждн, что от жара растрескались стены.

Огонь затронул и соседние владения Куперов, но они имели достаточно ресурсов, чтобы восстановиться. Вдове Чая, напротив, пришлось продать часть земли. Один из участков выкупил купец Карл Годенштетт, построивший фешенебельную гостиницу «Централь» на Светланской — здание, известное горожанам и сегодня.

Сыновья Чая сумели вернуть семье позиции: один возвел нынешний торговый дом «Алеутский», второй застроил соседние участки, включая двухэтажный дом на месте бывшего пепелища.

Покинув Миллионку и перейдя перекресток с Алеутской, экскурсия вышла к зданию бывшего клуба «Лотос» на Фокина, 12. Сегодня оно скрыто строительными лесами: объект продан за символический рубль с обязательством провести полноценную реставрацию.

Экскурсовод рассказала, что изначально на этом месте стояла огромная фанза — культурное китайское деревянное строение. Ее возвела Мэри Купер, страстная поклонница театра. Именно здесь появились одни из первых театральных постановок во Владивостоке.

Попытка поставить «Гамлета» обернулась скандалом: неподготовленную труппу публика освистала и, по воспоминаниям современников, «забросала мебелью и тухлыми овощами». Более того, городское театральное общество вскоре собрало деньги, чтобы режиссер покинул город и «больше не уродовал классику».

Со временем в фанзе выступали другие актеры, и здание долгое время служило театром. В начале XX века сын Куперов Александр снес старую постройку и в 1911 году возвел новое здание в стиле модерн — сдержанное, с минимальным декором, но отвечавшее духу времени.

Далее улица Фокина идет по еще одной современной пешеходной зоне с многочисленными кафе, барами, магазинами и неочевидным каменным мостом над железнодорожными путями.

Под ногами — линия Транссибирской магистрали, самой протяженной железной дороги в мире — 9288 километров от Москвы до Владивостока. Экскурсовод пояснила, что изначально пути проходили значительно выше — практически на уровне нынешней улицы. Однако в 1912 году по Светланской пустили трамвай, и железнодорожное полотно пришлось понижать на несколько метров.

Работы выполняли китайские строители под руководством инженера Бочарова. Объем земляных работ был колоссальным: рельсы буквально опустили в выемку, чтобы не пересекаться с городским транспортом. Сегодня поезда проходят под площадью и выходят к вокзалу — инженерное решение начала XX века продолжает работать и сейчас.

Сразу за мостом разворачивается современная туристическая площадка на пересечении с Океанским проспектом. Также это пространство известно как площадь Фокина. В 1990-е годы здесь располагался оживленный транспортный узел: тут разворачивались троллейбусы, находились конечные остановки автобусов № 17, 12, 14, 23. Океанский проспект был двусторонним, а сама территория — полностью проезжей.

Далее, на улице Адмирала Фокина, 23а расположен еще один доходный дом Купера. Следом — здание по адресу Адмирала Фокина, 25, связанное с именем английского рыбопромышленника Демби. Он построил здесь конторский дом, хотя сам чаще жил на Сахалине. Сегодня в здании размещаются государственные учреждения, а в соседнем доме — арт-пространство.

На углу улицы Фокина и Океанского проспекта стоит здание бывшего Японского консульства (официальный адрес — Океанский проспект, 7), построенное в 1916 году.

«До Русско-японской войны 1904–1905 годов в городе проживало множество японцев, часть которых занималась разведывательной деятельностью под прикрытием ювелирных мастерских, фотоателье и медицинских кабинетов. При строительстве консульства городская дума выдвинула два условия: здание не должно быть выполнено в традиционном японском стиле и не должно выходить окнами на бухту Золотой Рог, чтобы ограничить наблюдение за военными кораблями», — рассказала экскурсовод.

В результате, по словам Ксении Омелаевой, появился дом в европейском, почти неоклассическом стиле — с маскаронами и скульптурными элементами, отсылающими скорее к античной традиции, чем к японской архитектуре. Позже здесь размещался онкологический диспансер, затем органы загс.

Свой финал улица Пекинская встретила с видом на старый двор ГУМа — универсальный магазин торгового дома «Кунст и Альберс». Немецкие предприниматели прибыли во Владивосток в 1864 году и создали торговую империю с 32 филиалами на Дальнем Востоке, в Китае, Японии и Германии. Гид отметила, что этот торговый дом считался уникальным даже по европейским меркам. Компания работала до 1930 года, пока налоговое давление не сделало бизнес нерентабельным.

Конец Фокина упирается в Первую гимназию и жилые дома 1950–1960-х годов постройки с красивыми псевдоисторическими фасадами только по одной стороне улицы, которая смогла вместить весь сложный, многослойный характер Владивостока всего на 800 метрах.

Ранее мы приглашали читателей на онлайн-экскурсию по Океанскому проспекту во Владивостоке, а также писали о секретах главной артерии города — улицы Светланской. А архивные снимки столицы Дальнего Востока собрали в отдельном разделе.