От цветка до ложки: как трудолюбивые пчелы делают приморский мед — сладкий репортаж с пасеки

Липовый, гречишный, падевый — всё это не просто виды меда, но и настоящая часть жизни многих приморцев, для которых желанный нектар стал обязательным продуктом питания. В разных районах края появляются новые пасеки и проводятся тематические фестивали. Приморский мед предлагали запустить в космос, а о его качестве и свойствах знают не только в других регионах России, но и в близлежащих странах.

Не все задумываются, что каждая баночка сладкого продукта — результат неустанной работы пасечников, трудящихся под палящим солнцем в закрытой одежде и учитывающих десятки нюансов при взаимодействии с пчелами. Почему медведи и шершни — главные враги пчеловодов, как добывается мед и почему он так уверенно стал неотъемлемой частью Приморья — региона, в первую очередь известного своей природой, морем и пляжами?

Чтобы узнать ответы на эти и другие вопросы, корреспондент и фотограф VLADIVOSTOK1.RU посетили пасеку в Октябрьском округе и пообщались с опытными пчеловодами.

Путь до пасеки оказался неблизким. Сначала три часа на электричке «Владивосток — Уссурийск», а потом еще час до села Фадеевка. Для жителей крупных городов это может быть утомительным, но пасечники постоянно перемещаются между районами Приморья по разным причинам.

Это крайне специфичный вид ремесла, требующий не только искренней любви к своему делу, но и усидчивости, считает пчеловод и главный специалист Агентства по развитию пчеловодства региона Сергей Уткин. Отсутствие боязни быть ужаленным, внимательность, тяга к природе и готовность работать в тяжелых условиях — всё это должен сочетать в себе человек, трудящийся на пасеке.

По словам Сергея, прививать любовь к пчелам нужно с детства. Человек может прийти к этому и в осознанном возрасте, но открыть в себе интерес к этой работе ему может быть сложнее, а также многим важно как можно раньше перебороть возможный страх перед этими насекомыми.

«В некоторых деревнях занимаются пчеловодством, потому что там есть много медоносов и это просто выгодно. Почему бы не содержать сельское хозяйство, если есть кормовая база? Кто-то приходит к пчеловодству на пенсии, потому что это требует много времени или потому что раньше не было возможности, но у меня такая возможность была. У меня был пришкольный кружок с пасекой и великолепный учитель», — рассказал пчеловод.

Говоря о занятиях с ранних лет, Сергей Уткин подчеркнул: в советское время было много колледжей, где выпускали пчеловодов. Сейчас таких учреждений намного меньше, но полностью они не исчезли. Так, в Кировском округе Приморья на базе Сельскохозяйственного технологического колледжа с 2024 года действует программа обучения пчеловодству. Она предполагает год и девять месяцев обучения, которое уже выбрали 19 будущих дипломированных пчеловодов, а в этом году будет еще один набор.

Выпускники школ, проявляющие интерес к пчеловодству в Приморье, определенно есть, но в этом направлении предстоит еще большая работа, и сейчас желающих не так много. Это связано не только с удаленностью Кировского района, но и с отсутствием гарантий того, что работа найдется. Пчелосовхозов, государственных и колхозных пасек сейчас нет — остались только частные. Из-за этого молодым пчеловодам нужно самостоятельно искать место работы, но это не значит, что их обязательно примут.

«У нас по краю было несколько училищ и изобилие пчелосовхозов, и всегда после выпуска там требовался пчеловод или помощник пчеловода, все смело шли с деревень туда. Сейчас выпускается первый набор Кировского сельскохозяйственного колледжа по специальности пчеловод, и наша совместная задача — найти достойное место для применения ими полученных знаний. Чтобы студенты получили более углубленные практические навыки, в колледже начинает свою работу учебно-производственный комбинат», — поделился Сергей Уткин.

Влияет на выбор и то, что конечная цель получения образования для большинства студентов — заработная плата и перспективы. По мнению специалиста, современной молодежи нужно показывать, что профессия способна прокормить и обеспечить, потому что времена, когда молодые люди работали за идею, прошли.

Уже на подъезде к небольшой поляне, где расположена пасека, начинаешь улавливать жужжание. Это сотни тысяч пчел трудятся над сбором пыльцы и нектара из медоносов, чтобы затем с помощью ферментов переработать их в любимый приморцами мед. Здесь же работает опытный пчеловод Андрей Дюкин, который, в отличие от Сергея Уткина, пришел к этому в зрелом возрасте.

Сама пасека — это не какое-то внушительное предприятие или строение. Она выглядит так, как ее и представляешь: несколько десятков сколоченных разноцветных ульев стоят на небольшом открытом участке. Рядом находятся бытовка или сарай для хранения инструментов, средств защиты и других необходимых вещей.

Примечательно, что почти все пасеки в Приморье кочевые. Несмотря на хороший климат, в разных районах края цветение липы от года к году дает разные результаты, и найти место, где постоянно будет одинаково хороший урожай, очень сложно. Из-за этого пчеловоды перевозят ульи с пчелосемьями, что тоже требует расходов. Так, чаще всего Сергей Уткин с 25 ульями курсирует между Анучинским и Спасским округами.

«Наш край настолько разный, что у липы везде свои особенности. Климатические зоны и местность отличаются. К тому же у липы четырехлетний цикл развития: она один год дает хороший урожай, а в следующий — посредственный, и так они чередуются», — пояснил пчеловод.

Снаружи деревянные ульи выглядят непримечательно: они стоят на металлических ножках и имеют несколько отверстий, чтобы полосатые жители могли покинуть свой дом в поисках нектара. Существуют разные типы ульев, выбор которых отличается от региона к региону, но самый распространенный из них — улей Дадана.

Менее распространенный, но также известный тип — улей Рута. Это многокорпусная конструкция длиной 515 миллиметров, шириной 425 миллиметров и высотой 240 миллиметров. В нем используются рамки меньшего размера, чем у улья Дадана, что обеспечивает большую гибкость в управлении пчелиной семьей.

Куда интереснее устройство ульев внутри. Там расположены рамки — прямоугольные конструкции, обычно сколоченные из дерева, на которых и отстраиваются соты. Они могут вертикально стоять друг от друга на разном расстоянии: поплотнее (8 миллиметров) или подальше (12 миллиметров). В среднем достаточно расстояния в 12 миллиметров. Обычный улей вмещает в себя 10–12 таких рамок, а пространство между ними называют улочками.

Особенность и главное удобство такого устройства в том, что каждая рамка не скреплена с другой, и ее спокойно можно вытащить, чтобы извлечь соты или откачать мед. Пчелы обычно увлечены медосбором и не проявляют агрессии, а продолжают ползать даже по вытащенной из улья конструкции.

Сколько бы видов ульев ни существовало, главное — работа, что кипит внутри них. В каждом домике живет одна пчелосемья, в которой имеется строгая иерархия и до 100 тысяч насекомых, берущих на себя разные задачи. Важнейшую роль играет матка — она откладывает яйца и обеспечивает продолжение рода, причем спаривание проходит не в улье, а снаружи и в полете, на высоте до 30 метров. Если она погибнет, то семья не сможет развиваться и долго существовать. Избежать этого можно, подсадив новую матку, но ее могут не принять.

Необычную роль в пчелосемье играют трутни. Все знают, что так называют людей, которые тунеядствуют и живут за чужой счет, и это не просто так. В улье трутни делают не самую трудную работу — спариваются с маткой, поддерживают тепло и согревают расплод. По размеру они больше рабочих пчел, но не могут защищаться так же эффективно, из-за чего погибают первыми при нападении паразитов или птиц, беря на себя первый удар.

За добычу меда отвечают рабочие пчелы, но к этой роли они идут по четкой «карьерной лестнице». После рождения они не покидают улей, а работают внутри: кормят расплод маточным молочком и строят соты при помощи желёз, при этом учитывая вентиляцию, чтобы гнать воздух, куда им надо. Только через две недели после появления на свет они становятся рабочими пчелами и вылетают из улья на поиски нектара и пыльцы.

Не менее интересен и процесс добычи меда пчелами. Они садятся на цветок растения и хоботком собирают нектар в свой зоб — специальный орган для хранения нектара. Скатанную в шарики пыльцу пчела несет в лапках, и это можно увидеть, если приглядеться.

После доставки пыльцы и нектара в улей другие рабочие пчелы обрабатывают его ферментами, содержащимися в их слюне, и помещают в соты, где мед ферментируется и испаряется. После созревания его запечатывают воском для сохранения. Мед для пчел — источник питания, позволяющий им поддерживать необходимую в улье температуру даже зимой, что напрямую влияет на их выживание. В среднем за сезон, с весны до осени, одна пчелосемья может добыть около 50 килограммов меда.

«Фактически мы забираем у пчел излишки, чем снова стимулируем их на размножение. Опытный пчеловод должен понимать, что можно взять, а что нельзя, и сколько нужно оставить пчелам, чтоб они пережили зиму», — пояснил пчеловод Андрей Дюкин.

Примечательно, что пасека может находиться на отшибе, вдалеке от населенных пунктов и цветочных полян. Это нормально, так как пчелы в поисках нектара могут отдаляться от улья на расстояние до 5–7 километров.

Выбор семьи — важная тема, особенно для начинающих пасечников, так как пчелы бывают разных пород. На Дальнем Востоке в основном работают с дальневосточными, которых признали отдельным видом совсем недавно.

«Дальневосточную породу официально признали только в 2018 году благодаря работе ученого Максима Шарова. Изначально в 19 веке переселенцы привозили сюда в основном украинских степных пчел. На основе их генотипа и за счет отбора пчеловодами по характеристикам сформировалась дальневосточная пчела», — рассказал Сергей Уткин.

Основной параметр в выборе породы — как она переживает тот или иной климат, особенно холодный. А вот тема с отличиями характера пчел в разных регионах, по словам Уткина, неоднозначна. Ориентируясь на свой опыт, он утверждает, что дальневосточные пчелы экономны в употреблении пищи и добывают намного больше пыльцы и нектара, но не самые миролюбивые, тогда как, например, пчел с юга многие пасечники называют добрыми. Однако это очень сравнительно и может отличаться от семьи к семье. Не факт, что отдельно взятая дальневосточная пчела из Приморья будет агрессивнее, чем среднерусская из другого региона. То же самое касается продуктивности и плодовитости.

«Принято в своей местности поддерживать свою породу, потому что она привыкшая к климату, но нельзя смело утверждать и отрицать, что где-то пчелы злее, потому что они живут в разных условиях. Приморье ведь находится на одной широте с Сочи, а Сочи — это юг, так что однозначного ответа об отличиях нет», — заключил Сергей.

По этой причине в выборе пчелосемьи пасечники не только ориентируются на породу, но и узнают у продавца характеристики конкретной пчелосемьи: насколько она агрессивна, здорова ли матка и так далее. Конечно, некоторые люди наживаются на новичках в этом деле, могут откровенно врать и даже убеждать в том, что лучше купить сразу несколько семей. Уткин считает, что лучше договариваться со знакомыми, но подчеркивает: к счастью, недобросовестных продавцов не много, особенно в Приморье.

Процесс покупки пчелосемей при этом довольно прост: их можно приобрести у местных пасечников или заказать в интернете, но важно понимать, что часть пчел может погибнуть в пути. В среднем пчелосемья стоит от 3 тысяч рублей, но часто их продают пчелопакетами с уже готовыми 3–4 рамками, что обойдется в 6,5–7,5 тысячи рублей. Если семья большая, то пчелопакет может включать и 10 рамок с соответствующей ценой.

Некоторым людям кажется, что пчеловодство не такое сложное ремесло — следи за насекомыми в деревянных ульях, не забывай инвентарь и собирай соты. Однако эта работа требует не только знаний, но и умения выкручиваться из любых ситуаций: пчелы могут заболеть, обозлиться из-за внезапно нахлынувшей непогоды, а сам пчеловод рискует столкнуться с медведем.

На вопрос о том, как проходит день пчеловода, Сергей Уткин сыронизировал: «Со слезами». Труд пчеловода тяжел, но никогда не однообразен и требует планирования. По этой причине и описать полный фронт работ, отличающийся от сезона к сезону, нельзя, но чем опытнее человек, тем меньше требуется его вмешательство в работу пасеки.

Если речь идет о начинающем пчеловоде, то первая задача — определиться, когда заводить пчелосемью и открыть пасеку. По словам Уткина, это лучше делать весной. Так будет достаточно времени для развития пчелосемьи.

Летом пчеловоды наращивают пчелиные семьи, следят за состоянием и здоровьем насекомых, собирают долгожданный мед, но не весь. Ближе к холодам, примерно с октября, идет подготовка ульев: сверху их могут накрыть теплой тканью или обшивкой, уменьшить количество рамок, чтобы внутри было больше пространства. Это позволит постоянно передвигающимся пчелам вырабатывать больше тепла и не погибнуть в заморозки. Также ульи убирают в омшаник — утепленное помещение для зимовки. Зимой в нем нужно поддерживать постоянную температуру.

С приходом тепла пчеловод проводит ревизию и смотрит, перезимовала ли матка. Если с ней всё нормально, это хороший знак, и пчелосемья может развиваться и работать дальше. Пережившие зиму пчелы постепенно заменяются молодыми, и в это время важно расширять гнездо. Тут специалист должен опираться на собственный опыт, правильно рассчитать, когда начнется активный выход расплода, и следить, чтобы у матки было место для откладки яиц. К этому времени нужно заранее подготовить нужное количество рамок.

«Я смотрю на состояние пчел и развитие пчелосемьи, определяю, что мне нужно сделать: убедиться, что хватает меда, поджать гнездо, уменьшив рамки, поставить теплую составную доску. Выбираю день для всего этого. Это можно назвать целой пчелиной математикой. Так работа протекает до начала медосбора в июле и августе», — описал свою работу Андрей Дюкин.

Проблемы, возникающие у пасечников, и способы их решения — тоже целая наука. Даже действительно полезные советы могут подойти не всем, а некоторые ситуации, звучащие как выдумка или анекдот, для многих на самом деле рутина.

Так, все наслышаны о любви медведей к меду, но мало кто представляет, как это губительно для пчеловодства. Эти большие сладкоежки не просто забредают на пасеки и разоряют их, но и могут обхватить лапами целый улей, унести его подальше от чужих глаз и сломать, чтобы добраться до лакомства. Примечательно, что для Приморья эта проблема особенно актуальна из-за малой плотности населения.

«В 2015 году, когда мы еще не кочевали, большая пасека располагалась в селе Тереховка в Надеждинском районе. Там было спокойно, но потом каждый год начал приходить медведь, и он ломал по четыре улья. Я на западе с этим не сталкивался, там плотность населения другая и мало пустых мест, много деревень друг с другом стоят, а здесь дикие звери свободно выходят к людям. Отстрелить медведя нельзя, и мы купили электрический забор. Проблемы сразу прекратились», — рассказал Сергей Уткин.

Другой злейший враг пчелы — шершень. Эти крупные насекомые могут специально селиться недалеко от пасек, чтобы подлавливать и убивать пчел, несущих нектар и пыльцу домой. Обычно беспомощная пчела, нагруженная добычей, не может улететь или отбиться в одиночку, из-за чего теряет собранную пищу. А еще шершень может ее частично съесть, если он на том этапе развития, когда организму нужен белок. Колония этих разбойников может уничтожить две пчелосемьи всего за сутки — это очень большой ущерб.

Если же шершень окажется совсем близко к пчелиному улью, то, скорее всего, это закончится уже его гибелью — десятки пчел просто облепят его и сварят за счет вибраций, нагрев до температуры около 48 градусов.

Непросто обстоят дела и с болезнями у пчел. Как и у животных, у них могут возникать проблемы со здоровьем, для лечения которых существуют препараты, но не всегда удается определить, в чём именно дело.

Например, пчелосемьи работают и развиваются одинаково хорошо, но неожиданно одна из них начинает давать меньше меда или ее представители становятся агрессивнее. Что делать в таком случае? Можно почитать советы и книги о пчеловодстве, но единой методички, которая помогала бы всем одинаково, нет. Поэтому еще одна важная черта любого специалиста — готовность к неожиданным проблемам, способы решения которых придется искать самостоятельно.

«Вот спрогнозировали ясную погоду, ты пришел на пасеку, и резко пошел дождь, пчелы становятся менее активны или агрессивны. Поэтому я считаю неправильным, когда один пчеловод критикует другого за его подход и методы. На это влияют: порода пчел, регион, опыт, внешние факторы. Я начинал работать на западе со среднерусской пчелой, приехал сюда, и дальневосточные пчелы меня размазали, мне пришлось переучиваться», — вспомнил Уткин.

Своего рода проблемой, к которой готовы не все начинающие, можно назвать и условия труда. Сергей открыто говорит: многим эта работа покажется каторгой, ведь она проходит под палящим солнцем в полной защите, и к вечеру не остается никаких сил.

Аномальная жара, обрушившаяся на Приморье этим летом, также усугубила ситуацию. Пчелы тратили больше энергии на работу, но примечательно, что из-за высокой температуры срок цветения липы сократился. Поэтому пчелы добывали нектар не только из липы, но и из других растений, и часть меда получилась с заметной кислинкой.

Отдельной темой для разговора стал ряд мифов о пчеловодстве и меде, распространяющихся в Сети, которые недобросовестные продавцы используют для обмана покупателей. Какие же из них полная ложь, а какие легко объяснить с научной точки зрения?

Это один из самых распространенных мифов. Предполагается, что настоящий продукт имеет генетическую память и способен принимать форму сот, в которых ферментировался и испарялся, находясь в улье. Эту тему много раз разбирали и опровергали, и Сергей Уткин также заявил: никакой генетической памяти у меда нет. Он принимает форму, похожую на соты, из-за такого явления, как «ячейки Бенара» — они возникают в вязких жидкостях, равномерно прогреваемых снизу.

Так утверждают некоторые продавцы. Другие прямо за прилавком готовы продемонстрировать натуральность продукта, ударив по нему чем-нибудь и заявляя: если чувствуется плотность — мед настоящий. Сергей подчеркнул: стопроцентного способа определить натуральность и качество меда в домашних условиях или в магазине просто не существует. Безусловно, он может отличаться по весу, консистенции, вязкости и цвету, но самый верный способ — проверка в лаборатории.

Это тоже не совсем верно, и назвать более спокойную на укусы реакцию иммунитетом нельзя. Это скорее дело привычки, как и в других специфических профессиях.

«Укусы пчел неизбежны и со временем просто становятся не такими болезненными. Я сам их мало воспринимаю, мне больше мешают комары, но реакция организма у разных людей отличается. Кто-то, наоборот, из-за постоянных укусов становится к ним более восприимчив», — сказал Уткин.

Это тоже очередная ложь. Реакцию пчел определяет поведение человека, и если он даже при первом посещении пасеки не машет руками и не проявляет агрессию, то шанс быть ужаленным намного меньше.

Почти все пчеловоды, не скрывая, говорят, что их деятельность специфична и требует особой любви к своему делу, но очевидно, что без прибыли или хотя бы окупаемости мало кто будет этим заниматься. Так сколько получают пчеловоды и из чего формируется цена меда?

Пчеловод Андрей Дюкин привел в пример прошлый год, когда урожай медосбора выдался особенно хорошим и одна пчелосемья, а всего у него их 17, приносила в среднем 55,7 килограмма меда. Стоимость натурального липового меда в Приморье сильно варьируется в зависимости от результатов медосбора. В этом году можно найти продукт от 350 рублей за килограмм, но в среднем при покупке в розницу он стоит 1200 рублей за литр (1,42 килограмма), что кажется внушительной цифрой.

Приморцы нередко жалуются на высокую цену местного меда, но пчеловоды считают, что назвать дорогим его нельзя. По их словам, в других регионах расценки примерно такие же, а с учетом качества, такая стоимость более чем оправдана. К тому же речь идет не только о липовом, но и, например, о меде из леспедецы или амурского бархата — растений, которых нет в центральных регионах России.

Не стоит забывать, что ради медосбора за пчелами нужно следить весь год. Также пчеловодство требует постоянных расходов: на новые рамки, вощину, сахар, если пчелам нужно дополнительное питание. Есть полноценный список необходимого инвентаря, указанный в санитарных нормах: чистая одежда, аптечка, ульи, рамки, стамески, щетки, скребки, молотки, лечебные препараты для насекомых. Также всем пчеловодам нужен дымарь.

«Некоторыми инструментами ты можешь не пользоваться годами, но когда они вдруг понадобятся, тебе будет некогда бежать в магазин. Поэтому важно иметь это всё под рукой. Также желательно иметь светлую одежду, потому что все природные враги пчел темного окраса, поэтому они могут относиться к темной одежде настороженно. Ну и потому что так легче работать на жаре», — добавил Сергей Уткин.

Приличная сумма уходит и на дорогу, ведь у многих пчеловодов пасеки находятся в отдаленных районах края, и путь на машине может занимать не один час, а проверять работу пчел нужно регулярно. Сюда же закладываются траты на перевоз ульев из района в район каждый год. Нельзя исключать и непредвиденные расходы, например, если пасеку разорит медведь, и нужно будет восстанавливать улья и покупать защиту.

Пчеловоды, самостоятельно работающие на пасеке без широкого производства, в основном продают товар в розницу — при должном качестве он легко разойдется в любой деревне, особенно если урожай выдался средним.

При больших объемах можно продать мед и оптом, но нужна заинтересованность. Например, можно попробовать найти перекупщика, который займется реализацией. От этого зависит и то, куда пойдет продукт: если пасечник ведет небольшое хозяйство, то в отличие от больших предприятий он вряд ли будет поставлять свой товар в страны Азии или отдаленные регионы России.

По словам Андрея Дюкина, комфортно жить, полностью посвящая себя только пчеловодству, вряд ли получится. На эти деньги можно как-то обеспечивать себя и поддерживать работу пасеки, но развивать ее без помощи государства — нет.

Для расширения важно иметь как опыт, так и деньги. Даже пчеловоду с большим стажем, который может быстро развить пасеку, нужно закупать новые пчелосемьи и иметь землю, где будет достаточно пространства. В то же время крупные вложения без опыта, скорее всего, приведут к тому, что вы прогорите. По словам Дюкина, в Приморье есть много примеров, когда энтузиасты пытались заниматься пчеловодством, но быстро всё теряли из-за отсутствия знаний.

Важно, что в числе продуктов пчеловодства не только мед, но и соты, пыльца, маточное молочко, перга (цветочная пыльца, утрамбованная в соты и законсервированная медом и молочной кислотой), однако наибольшим спросом они пользуются в странах Азии.

Несмотря на все нюансы и специфику, эксперты называют пчеловодство в Приморье перспективным видом деятельности. Это возможно не только за счет климата, но и потому, что местные пчеловоды — сплоченное сообщество, им нечего делить. По словам Сергея Уткина, на западе России всё совсем иначе.

«У нас шикарная медоносная база, можно ставить хоть тысячи семей, и всем хватит. В одном только селе Никитовка в Спасском районе стоят 2 тысячи пчелосемей. На западе плотность населения выше, там, если ты приедешь куда-то и поставишь свою пасеку, местным это очень не понравится», — говорит Сергей Уткин.

Играет важную роль в развитии и помощь от правительства. С 2019 года существует программа «Агростартап» для развития начинающих предприятий сельского хозяйства. Изначально ее делали только для фермеров, но позже ввели возможность получить гранты опытным и начинающим пчеловодам.

Для участия пчеловод должен подать заявку, показать свое хозяйство и бизнес-план, защитить проект. После одобрения комиссией ему покроют расходы до 5 миллионов рублей, но на каждые 2 миллиона он должен создать рабочее место.

«Это действительно помогает пчеловодству, особенно поддерживать и расширять большие хозяйства, но немалая часть людей относится к этому с недоверием из-за собственного скептицизма. Пчеловодство может существовать без поддержки, но не развиваться», — считает Сергей Уткин.

Другая форма поддержки — создание Агентства по развитию пчеловодства Приморского края. В первую очередь оно отвечает за популяризацию местного меда, который нередко остается в тени алтайского, башкирского и других медов, уступающих ему по качеству. Также по инициативе губернатора региона Олега Кожемяко в этом году выделили более 12 миллионов рублей, чтобы пчеловоды могли бесплатно сдавать анализы пчел и получить ветеринарно-санитарный паспорт, необходимый для официальной продажи и экспорта меда. В среднем это обходилось пчеловодам в сумму от 3,5 до 9 тысяч рублей.

Значительно меняются и стандарты качества, в том числе потому, что растут запросы от потребителей. Андрей Дюкин подчеркнул, что во времена СССР мед был куда хуже. Правительство стремилось в первую очередь к выполнению плана, и пасечники гнали недозревший продукт, чтобы уложиться в норму, а цена на него составляла больше 3 рублей. Сейчас пчеловоды в основном ориентируются на качество и должны идти в ногу со временем.

«Сейчас они поняли, что мед не везде одинаковый, и стандарты качества значительно выросли: по ГОСТу доля воды не должна превышать 20%. Появляется всё больше людей, готовых купить хороший продукт за хорошие деньги», — рассказал Дюкин.

Пчеловодство может и дальше развиваться в Приморье при должной поддержке от правительства. Благодаря особенностям климата, редким медоносным растениям и горящим своим делом пасечникам в крае постоянно добывается полезный мед с самыми разными свойствами, качество которого только растет.

Как и любой специфический вид деятельности, пчеловодство — отдельный мир, понять который могут не все, но хотя бы ненадолго погрузиться в эту атмосферу стоит. Всего два часа на пасеке могут пролететь как 15 минут — настолько это своеобразное место, где мед льется рекой, а сотни тысяч пчел неустанно работают над его добычей. Несмотря на палящее солнце и летнюю жару, пчеловоды наслаждаются нахождением на пасеке и могут просто сидеть, наблюдая за ее работой и чувствуя единение с природой.

Так же закончился и визит корреспондентов VLADIVOSTOK1.RU в этот необычный мир — посиделками и разговорами с пчеловодами за столом с вкусным медом и выпечкой, пока на фоне продолжали трудиться сотни тысяч пчел.