«Государство оказалось не готово». Почему настоящих мошенников, обманувших Долину, так и не нашли и виноватой сделали ее одну

О квартире Долиной говорят много. Но до сих пор нигде не прозвучало, а у кого ее деньги и по чьему заказу у певицы отняли квартиру и деньги? Сможет правоохранительная система вернуть их пострадавшей певице? Заказчиков преступной схемы, в результате которой Лариса Долина лишилась денег и квартиры, найти не могут. Осуждены, как всегда, рядовые исполнители, да еще по стране обнаружено несколько дропперов. Как всегда, виноваты стрелочники. В Балашихинском суде Подмосковья уже вынесен приговор четырем участникам схемы — это Андрей Основа, Артур Каменецкий, Дмитрий Леонтьев и Анжела Цырульникова. Они получили от 4 до 7 лет колонии общего режима (для Каменецкого и Леонтьева это уже не первый приговор, они уже были судимы, в том числе за разбой и вымогательство). Расследовали громкое дело в специализированном отделе СУ УВД по ЦАО ГУ МВД России по Москве, занимающемся «дистанционными хищениями». — Приговор пока не вступил в силу: он обжалован в Московском областном суде, — объясняет MSK1.RU адвокат, доктор права ВШЭ Вячеслав Плахотнюк. — За Ларисой Долиной признано право на возмещение имущественного вреда в порядке гражданского судопроизводства. Это значит, что певица, после того как приговор в отношении мошенников вступит в законную силу, сможет предъявить к ним иск в размере около 175 миллионов рублей. Вопрос в том, есть ли у них такие деньги или имущество, которое можно реализовать. Так что в сложившейся ситуации, после известного вердикта Верховного суда, Лариса Долина выглядит наиболее проигравшей: она потеряла и деньги, и право на квартиру. Мошенники действовали грамотно. В апреле они принялись активно писать и звонить Долиной, представлялись сотрудниками правоохранительных органов и Росфинмониторинга. Предлагали Долиной ради «предотвращения мошеннических действий» перевести деньги, а затем — срочно продать квартиру в Ксеньинском переулке. Долина заключила договор продажи своей квартиры. Кстати, за риелторские и юридические услуги Долина выплатила агентству почти 4,5 миллиона рублей. Уже в мае квартира была выставлена на продажу сразу через несколько агентств за 130 миллионов рублей. Риелтору Долина повторяла аргументы, заранее продиктованные мошенниками: квартира якобы «не подходит по размерам», продать ее нужно «как можно быстрее», а минимальная сумма выручки должна составить 125 миллионов рублей. На допросе Долина сказала, что действовала под сильнейшим психологическим давлением, которое перерастало в угрозы. Как затем показала деструктологическая экспертиза, в отношении Долиной имело место «психологическое принуждение». Его основа — давить на внушаемого человека авторитетом государства и страхом за сохранность активов. Долина забрала из индивидуального банковского сейфа 111 миллионов рублей, полученных по договору купли-продажи. И затем лично и через помощника отдала мошенникам. Однако аферистам было мало — они продолжали убеждать певицу оформлять кредиты под залог другого имущества. Лишь после отказов банков и появления публикаций в СМИ связь с «кураторами» прервалась. Тогда Долина окончательно поняла, что стала жертвой преступления, и обратилась в полицию. Почему так трудно изобличить преступников, которые остаются безнаказанными, а во всём виновата оказалась Долина? MSK1.RU поговорил об этом с бывшим депутатом Госдумы, генерал-лейтенантом милиции в отставке, доктором юридических наук, профессором Александром Гуровым. — В мошенничестве так часто говорят о вине самого потерпевшего. Это связано с тем, что существует так называемый виктимологический аспект преступления. Victim в переводе с латинского — «вина». Поэтому в мошенничестве обязательно есть доля вины потерпевшего — не юридической, а именно виктимологической. Ну, к примеру, потерпевший играет в карты. Зачем? Его обыгрывают. Он что хотел? Он хотел тоже выиграть. То же самое, когда предлагают якобы от имени банков заработать — жертва рот и разевает. Значит, там, где человек хочет увидеть свою выгоду, он идет на это. В отдельных видах преступлений эта виктимологическая вина жертвы доходит до 100 процентов. В мошенничестве это от 70 процентов. — То есть речь идет не о юридической ответственности, а об особенностях поведения человека, которыми пользуются мошенники? — Русско-советский криминалист Якимов (а это 20–30-е годы, чтобы вам было понятно) говорил так: мошенник — это неудавшийся артист. И тут неважно, какие технологии мошенники используют, современные или старые. Принцип одинаковый. Тот же Якимов говорил, что мы не можем и рассчитать всех способов мошенничества, потому что они меняются очень часто и зависят от ситуации, которая складывается в экономике, в социальной сфере и так далее. Ну были когда-то на Руси «кукольники», которые ходили, делали «куклы» денежные. Потому что народ жил плохо и хотел где-то купить подешевле, а ему подсовывали такую «куклу». Сегодня это не прокатывает. Никак. — А что прокатывает сегодня? — Высокотехнологичные мошенники. Которые, к сожалению, большей частью сидят не у нас, а на Украине, в Канаде. Это виды мошенничества, связанные с кредитно-банковской системой. И вот тут, я вам скажу, государство создает определенные условия (неумышленно, конечно) для них. Еще Маркс говорил, что в каждом преступлении есть вина и государства. — И в чем же может заключаться такая вина? — Не предвидели, а надо было предвидеть, создали условия определенные. Я вам скажу, что в девяностые годы в Москве было убито около 20 тысяч стариков только в течение одного года, и всё из-за квартир. Государство оказалось не готово к такому всплеску преступности, хотя должно было предвидеть. То же самое с банковским мошенничеством, оно же не у нас родилось, оно давным-давно существует, на Западе финансовые пирамиды давно были. И наше государство должно было предвидеть, что это будет и у нас, и поэтому к этому надо было готовиться. А мы только сейчас начинаем разворачивать разные методики по предотвращению этих видов преступлений. Вопрос, найдут ли реальных преступников, так остался открытым. Как острой остается ситуация, когда квартиры в стране продолжают продаваться по «схеме Долиной». Что о ситуации говорят в Госдуме — Народная артистка, которая столько лет на сцене, у нее армия сторонников. И вот сейчас вся ее творческая карьера рассматривается через призму этого скандала. Я понимаю, что ей по-человечески неприятно, вся эта история и по здоровью может ударить. Но одновременно я понимаю, в каком положении находятся и Полина Лурье, и другие люди, которые стали заложниками этой ситуации вследствие такого судебного решения. Но надеюсь, эта ситуация даст возможность быстрее предусмотреть механизм, чтобы право собственности, гарантированное Конституцией РФ, было защищено, — сказал MSK1.RU депутат Госдумы Ярослав Нилов. А вот депутат Госдумы Нина Останина прямо требует максимально жестких решений против судей, ранее выносивших такие резонансные решения по делу. — Люди опасаются приобретать жилье на вторичке именно по той причине, которая изначально спровоцирована была несправедливыми судебными решениями. Я, к сожалению, не могу сказать с полной уверенностью о том, что наши суды непорочны. И надо бы вообще рассмотреть вопрос о дисквалификации тех судей первичной инстанции, которые принимали решение по «схеме Долиной», потому что это сейчас, по сути дела, остановило продажу и приобретение жилья на вторичном рынке.