«Слушают не только ушами, но и сердцем». Интервью автора хита «Феличита» Аль Бано о своем возвращении в Россию

Есть артисты, чьи песни со временем становятся только ближе, словно воспоминания, к которым хочется возвращаться снова и снова. Al Bano — именно из таких. Уже 23 апреля он выйдет на сцену «Фетисов Арены» во Владивостоке, столица Дальнего Востока стала одним из трех российских городов, которые смогут вживую услышать кумира миллионов. Накануне концерта итальянский певец поговорил с журналистом VLADIVOSTOK1.RU о любви к российской публике, воспоминаниях о стране и о том, почему каждая встреча со зрителем для него — особенный разговор. — С каким чувством вы вернулись в Россию? Я знаю, что вы очень скучали по своим российским поклонникам. — Каждый раз, когда я возвращаюсь в Россию, меня охватывает особое чувство, очень глубокое волнение, которое сложно описать словами. Это не просто радость от гастролей, это более глубокая, почти личная эмоция. Я действительно очень скучал по своим российским слушателям, по этой удивительной связи, которая возникает между нами. По этой искренности, по той эмоциональной открытости, которую я всегда здесь чувствую. Когда я выхожу на сцену в России, я ощущаю, что публика слушает не только ушами, но и сердцем. В этих взглядах, в этой тишине между аплодисментами есть что-то по-настоящему духовное. Такое взаимопонимание между артистом и зрителем — редкость. И каждый раз я воспринимаю это как большую ценность и подарок, за который искренне благодарен. — Если вспомнить ваши предыдущие поездки в Россию, какие моменты, встречи и впечатления до сих пор особенно ярко живут в вашей памяти и, возможно, даже возвращаются к вам спустя время? — У меня сохранились по-настоящему теплые и светлые воспоминания, к которым я мысленно возвращаюсь снова и снова. Это были удивительные моменты: полные залы, где чувствовалась живая энергия людей, искренние, горячие аплодисменты, которые будто согревали изнутри, и встречи с по-настоящему особенными, глубокими людьми. Конечно, отдельное место в моем сердце занимают Москва и Санкт-Петербург. Там каждый раз меня встречали с огромной теплотой и любовью. В этих городах я всегда ощущал не просто интерес к своей музыке, а настоящее, искреннее участие — как будто мы давно знакомы и снова встретились после долгой разлуки. — Почему именно Владивосток стал финальной точкой вашего тура по России? — Россия — это огромная, многогранная страна, и, на мой взгляд, ее невозможно почувствовать по-настоящему, ограничившись только несколькими городами. Ее нужно открывать постепенно, встречаться с ней в разных уголках, чувствовать ее дыхание в каждом регионе. Россия заслуживает того, чтобы ее увидели целиком. Владивосток в этом смысле — особенное место. Это не просто город на карте, это символ, своего рода мост между культурами, странами, мирами. Для меня было важно вернуться сюда со своей музыкой. — Оглядываясь на вашу первую поездку во Владивосток, каким вы тогда увидели город и его жителей, что больше всего запомнилось? — Я помню масштабные дорожные работы, большие преобразования, которые тогда происходили в городе… И, конечно, потрясающий концерт! Прием оказался по-настоящему исключительным, особенно учитывая, что Владивосток находится далеко от тех городов, где я обычно регулярно выступаю. Тогда я подумал: тот факт, что моя музыка до сих пор известна и ее любят даже так далеко от привычных гастрольных маршрутов, означает, что ее универсальное послание не знает территориальных границ и расстояний. Оно не подчиняется картам или географии — просто находит путь к сердцам людей, где бы они ни находились. — В чём, на ваш взгляд, проявляется особенность публики на Дальнем Востоке по сравнению с другими регионами России, и чем наши местные слушатели особенно запомнились вам как артисту? — Конечно, у каждого региона есть своя особая чувствительность, свой характер, своя энергетика. Но при этом я всегда чувствую, что сердце российской публики везде одинаковое — оно глубокое, искреннее и очень верное. Здесь, на Дальнем Востоке, я ощущаю живой интерес, особое любопытство и пристальное, тонкое внимание к каждому звуку, к каждой эмоции, к каждой паузе. Люди здесь слушают музыку очень сосредоточенно, почти с внутренней тишиной, и это произвело на меня сильное впечатление. Дальневосточники — очень элегантная аудитория. Я бы сказал, что это публика, которая умеет слушать по-настоящему красиво. В этом есть особая утонченность, редкое уважение к музыке и к артисту, и именно это делает каждую нашу встречу особенно ценной для меня. — Насколько при подготовке концерта вы ориентируетесь на особенности и характер местной публики, влияет ли это на выбор программы? — Да, всегда. Я убежден, что у каждой публики есть своя душа, свой характер, своя эмоциональная энергия, и это обязательно чувствуется на сцене. Поэтому я стараюсь учитывать это в подготовке и в построении концерта. Но при всём этом всегда сохраняю в программе большие хиты, которые сделали меня очень популярным в России. — Есть ли у вас песня, которую вы особенно бережно храните в сердце? Почему именно она стала такой близкой для вас? — В каждом моем произведении — частичка меня, отражение того, кем я был в тот или иной момент жизни. Nel sole (в переводе с итальянского — «на солнце») стала для меня началом всего, а Felicità («счастье» в переводе с итальянского языка) — продолжением. Можно сказать, что именно они стали той дверью, через которую я вошел в историю музыки и в мою судьбу артиста. Но по сути, каждая моя композиция — это не просто песня. Это отдельная страница моей жизни, написанная в определенное время, с определенными чувствами. И одновременно — страница в жизни тысяч людей, которые слушали ее, узнавали в ней себя, проживали свои моменты вместе со мной. — Вы когда-нибудь думали о том, чтобы записать дуэты с российскими артистами? — Да, в 2005 и 2010 годах у меня была прекрасная возможность реализовать в Кремле два специальных проекта под названием Al Bano e le Sue Ladies (в переводе с итальянского «Аль Бано и его леди»), где я исполнил дуэты с самыми известными российскими певицами. Это был фантастический опыт! — Как думаете, что помогает вам так долго оставаться в музыке — просто по-человечески, изо дня в день? Что удерживает, вдохновляет, заставляет возвращаться к сцене? — Думаю, всё держится на нескольких очень простых, но важных вещах: дисциплина, страсть к тому, что ты делаешь, и глубокое уважение к публике. Без этого невозможно пройти долгий путь в музыке. И еще один не менее важный элемент — это любознательность. Нельзя позволять себе остановиться, нельзя переставать искать новые впечатления, эмоции, смыслы. Потому что, на самом деле, пока в человеке живет эмоция — жива и музыка. И именно она позволяет продолжать этот путь снова и снова. — Что вы делаете в кулисах перед выходом? Быть может, есть особый ритуал, который сопровождает вас годами? — Да. Перед выходом я обязательно на минуту погружаюсь в тишину — собираюсь с мыслями, настраиваюсь внутренне. Затем следует молитва и искренний мысленный посыл в сторону зрителей — тех, кто уже ждет меня в зале. И уже после этого я выхожу на сцену с чувством глубокой благодарности — за возможность петь, за встречу с публикой и за ту энергию, которую мы разделим вместе. — Какие простые радости и занятия помогают вам отвлечься от сцены и гастролей, когда вы остаетесь наедине с собой и близкими? — Я очень люблю простые земные вещи. Мне нравится работать на земле в своем поместье в Апулии — это дает особое чувство связи с природой и спокойствие. Я люблю читать, слушать музыку, а также проводить время с семьей, потому что именно в этом я нахожу настоящее тепло и равновесие. Для меня простота — это большая ценность и настоящее богатство. — Влияет ли на вас современная музыкальная сцена: находите ли вы среди новых артистов тех, чье творчество вас по-настоящему вдохновляет или удивляет? — Я с большим интересом слушаю многих молодых исполнителей. Мне важно оставаться открытым к новому, к тому, что происходит сегодня в музыке. И каждый раз, когда я слышу в песнях искренность, подлинность и настоящую мелодию, это по-прежнему трогает меня и вызывает эмоции, как и много лет назад. Потому что настоящая музыка не знает возраста. Она не делится на «старую» и «новую» — она либо настоящая, либо нет. — Оглядываясь на свою долгую карьеру, как вы считаете, что в музыкальной индустрии изменилось сильнее всего: технологии, способы создания музыки, ее продвижение или, возможно, само восприятие слушателями? — Изменилось буквально всё: инструменты, скорость, способы распространения и даже то, как сегодня люди слушают музыку. Мир стал другим, более быстрым и цифровым. Но есть одна вещь, которая осталась неизменной, — самая главная. Это эмоция. Потому что без эмоции музыка не живет и не остается в сердце слушателя. — Смотря на ваш богатый творческий путь, остаются ли у вас сегодня новые музыкальные мечты и идеи проектов, которые вы еще хотели бы воплотить на сцене или в студии? — Да, всегда. Пока я пою, я продолжаю мечтать о новых проектах. Для меня это естественное состояние — жить музыкой и через нее смотреть вперед. Больше всего мне хотелось бы создать нечто такое, что сможет еще сильнее объединять людей и народы через музыку, делать ее языком понимания и близости. Это мое самое большое желание. — Какие особенные моменты или сюрпризы ждут зрителей на вашем концерте во Владивостоке? — Я привезу с собой песни, которые стали частью моей жизни, и, как мне кажется, уже давно стали частью вашей памяти. Но при этом ни один мой концерт не бывает одинаковым. В каждом есть что-то свое, неповторимое: новые чувства, новые оттенки настроения, живой диалог с публикой, который рождается прямо здесь и сейчас. Возможно, случится и неожиданный музыкальный сюрприз — я люблю оставлять пространство для импровизации и искренности. Для меня концерт — это не заранее выстроенное действие, а живая встреча. Он рождается вместе со зрителями, поэтому каждый вечер на сцене становится уникальным и незабываемым.